В Москве завершилась большая пресс-конференция президента России Владимира Путина

18.12.2014 - 14:26 Политика Просмотров: 1,715
Предлагаем читателям РИА КБР выдержки из выступления президента РФ. Цитаты приводятся по стенограмме, выложенной на официальном сайте главы государства www.kremlin.ru/.

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Очень рад вас видеть в хорошем расположении духа, в боевом настроении. Как мы и делали в прошлый раз, я начну, скажу о результатах работы за год, а затем постараюсь ответить на ваши вопросы.

Первое – это, естественно, самое основное, экономический показатель. Рост валового внутреннего продукта – он за 10 месяцев текущего года составил 0,7, может быть, будет где-то 0,6 процента. Вчера мы с коллегами собирались, более точно подводили итоги. Сальдо торгового баланса выросло на 13,3 миллиарда долларов и составило 148,4 миллиарда долларов.

После прошлогодней паузы немного ускорилось промышленное производство. За январь–октябрь прирост составил 1,7 процента. На низких значениях находится и уровень безработицы. Он у нас опускался даже ниже пяти процентов, сейчас где-то в районе пяти, может быть, 5,1 процента.

Продолжает развиваться агропромышленный комплекс. Думаю, что по результатам года его рост составит 3,3 процента. И, как вы знаете, в этом году у нас рекордный урожай – 104 миллиона тонн.

Несмотря на все турбулентности на финансовом рынке, федеральный бюджет в этом году будет свёрстан с профицитом, то есть доходы будут превышать наши расходы на 1,2 триллиона рублей, это примерно 1,9 процента ВВП. Минфин ещё досчитывает, но то, что бюджет будет профицитным, – это точно.

Главным итогом года в социальной сфере нужно назвать, конечно, позитивную демографическую динамику. Естественный прирост населения за десять месяцев – 37,1 тысячи человек. У нас снижается смертность и увеличивается рождаемость. Это очень хороший тренд, и, безусловно, нужно сделать всё для того, чтобы его сохранить. Как мы и обещали, мы продолжаем индексировать материнский капитал: в 2014 году он составил 429 408,5 рублей.

Достигнуты и превышены установленные на 2014 год целевые соотношения заработной платы по десяти категориям работников. Вы знаете, о чём идёт речь. Это, прежде всего, педагоги школ, учреждения дополнительного образования, социальные педагоги, преподаватели вузов, врачи, средний и младший медперсонал, работники учреждений культуры. В 2014 году были дважды проиндексированы пенсии: с 1 февраля на 6,5 процента и с 1 апреля ещё на 1,7 процента.

Большое внимание в этом году мы уделяли повышению боевых возможностей и боеспособности Вооружённых Сил. Не буду всё перечислять. Остановлюсь только на социальном показателе. В 2014 году постоянное жильё получили 11 700 военнослужащих Министерства обороны. Служебным жильём обеспечены 15 300 военнослужащих. Это 100 процентов от запланированных годовых показателей.

Это то, что я хотел бы сказать вначале по цифрам. Теперь несколько слов о текущей ситуации. Думаю, что все мы понимаем, что главный вопрос сегодняшнего дня, главный вопрос, который интересует граждан нашей страны, – о том, в каком состоянии находится экономика, национальная валюта, как будет развиваться ситуация в социальной сфере в этой связи. Попробую очень кратко, несколькими предложениями охарактеризовать эту ситуацию, сказать о том, как, я думаю, она будет развиваться. После этого пресс-конференцию в принципе можно заканчивать. (Смех в зале.) Но если у вас будут наводящие вопросы, я постараюсь на них ответить.

Итак, конечно, сегодняшняя ситуация спровоцирована внешними факторами прежде всего. Но исходим из того, что нами многое не сделано из того, что мы планировали сделать и говорили, что мы должны сделать по диверсификации нашей экономики в течение практически предыдущих 20 лет. Сделать это было достаточно сложно, если вообще возможно, с учётом как раз этой благоприятной в данном случае внешнеэкономической конъюнктуры, когда бизнес старался деньги вкладывать в основном туда, где можно было извлечь максимальную и быструю прибыль. Перестроить этот механизм достаточно сложно.

Сегодня ситуация, как вы знаете, поменялась. Влияют на сегодняшнюю ситуацию и внешнеэкономические факторы прежде всего, конечно, цена на энергоносители, на нефть, а за ней тянется и цена на газ. Считаю, что и Центральный банк, и Правительство принимают адекватные меры в сегодняшней ситуации. Есть вопросы и к Правительству, и к Центробанку по поводу своевременности, качества принимаемых мер, но в целом абсолютно адекватно и в правильном направлении происходит действие.

Надеюсь на то, что вчерашнее, сегодняшнее снижение курса иностранной валюты и повышение стоимости национальной – рубля – сохранится. Возможно ли это? Возможно. Возможно ли дальнейшее снижение цен на нефть и будет ли это влиять на национальную валюту, а соответственно, и на все другие показатели, включая инфляцию и так далее? Да, возможно.

Что мы в этой связи собираемся делать? Мы собираемся использовать меры, которые мы использовали, и достаточно успешно, напомню, в 2008 году. В этом случае нужно будет сосредоточить внимание на помощи людям, которые в этом действительно нуждаются, и сохранить, я хочу это подчеркнуть, сохранить все наши плановые показатели по социальным вопросам и проблемам, имея в виду, конечно, прежде всего пенсии, имея в виду заработные платы бюджетников и так далее.

Безусловно, если ситуация будет неблагоприятно развиваться, то нам придётся вносить какие-то коррективы в наши планы. Безусловно, придётся что-то сокращать. Но так же безусловно, и я хочу это подчеркнуть, как говорят специалисты, «отскок в плюс», последующий рост и выход из сегодняшней ситуации неизбежен как минимум по двум причинам. Во-первых, рост мировой экономики будет сохраняться, темпы снижаются, но рост точно будет сохраняться. Экономика будет расти. И наша экономика выйдет из сегодняшней ситуации.

Сколько на это потребуется времени? При самом неблагоприятном стечении обстоятельств, я думаю, что года два. И, повторяю ещё раз, после этого рост неизбежен, в том числе и потому, что внешняя экономическая конъюнктура будет меняться. С ростом мировой экономики потребуются дополнительные энергетические ресурсы. Но за это время, и в этом я уже не сомневаюсь, нам всё-таки многое удастся сделать с точки зрения диверсификации нашей экономики, потому что жизнь сама будет нас заставлять это делать. По-другому будет просто невозможно функционировать.

Поэтому в целом, и, повторяю, это безусловно, мы будем исполнять все наши социальные обязательства, опираясь на те резервы, которые у нас есть. И, слава богу, они у нас даже в этот год подросли.

Напомню, что резервы Центрального банка – 419 миллиардов долларов. Центральный банк не намерен их «палить» бездумно, и правильно. Резервы Правительства, ФНБ, Резервный фонд подросли в этом году примерно на 2,4–2,5 триллиона рублей. Общий объём резервов – 8,4 триллиона. Опираясь на эти резервы, уверен, мы спокойно будем решать основные социальные вопросы, будем заниматься диверсификацией экономики, и неизбежно, повторяю ещё раз, ситуация встанет в нормальное русло.

На этом я хотел бы закончить вступительную часть. Повторяю, можем заканчивать в целом, но если есть вопросы, пожалуйста, то я готов на них ответить.

В.ТЕРЕХОВ «Интерфакс»:

Я всё-таки хотел бы немножко уточнить, Владимир Владимирович. Судя по ситуации в стране, сейчас идёт глубокий валютный кризис, такой, что даже в Центральном банке говорят, что в страшном сне не могли предусмотреть.

Как Вы думаете, через эти два года, о которых Вы говорите, будет лучше, пройдём ли мы через финансовый экономический кризис? За этот «чёрный» для рубля понедельник-вторник была лавина критики и в адрес Центрального банка, и председателя, и Правительства, соответственно. Согласны ли Вы с ней?

В.ПУТИН: Я сказал, что при самом неблагоприятном стечении внешнеэкономической конъюнктуры такая ситуация может продлиться – приблизительно, никто же не может точно сказать – в течение двух лет. Это совсем необязательно. Ситуация может выправиться и раньше. Она может начать выправляться в первом, во втором квартале, в середине следующего года либо в конце следующего года...

Этого никто не может сказать. Очень много факторов неопределённости. Поэтому назвать это кризисом, назвать это как-то по-другому – можно какие угодно слова применять... Но мне кажется, я достаточно ясно сказал, что Центральный банк и Правительство в целом действуют адекватно сложившейся ситуации. Полагаю, что некоторые вещи – собственно говоря, такая критика звучит и со стороны экспертного сообщества, – некоторые действия можно было бы совершать оперативнее.

В чём, на мой взгляд, должна состоять конкретика? И что делают, собственно говоря, Центральный банк и Правительство? Во-первых, они, как вы знаете, подняли ключевую ставку. Надеюсь, что эта ключевая ставка будет держаться не весь период этих сложных событий, связанных с внешней экономической конъюнктурой, а так или иначе экономика будет приспосабливаться.

На чём основан мой оптимизм? На том, что экономика неизбежно будет приспосабливаться к жизни и работе в условиях низких цен на энергоносители. Это просто по факту будет происходить.

Как быстро произойдёт это приспособление, если цены сохранятся такими, какие они есть сегодня, либо будут снижаться даже ниже 60, 40, я не знаю, сколько угодно. На самом деле для нас – сколько угодно, просто будет происходить структуризация самой экономики. Как быстро это будет происходить? Трудно сказать. Но то, что это будет, это неизбежно! Вот я хочу это подчеркнуть. Это по факту жизни произойдёт.

Что делает Центральный банк? Вот он поднял эту ключевую ставку. Что ещё нужно делать? И что Центральный банк и так делает? Нужно, для того чтобы стабилизировать национальную валюту, пока немного зажать рублёвую ликвидность, отпустить и дать возможность доступа участников экономической деятельности к валютной ликвидности. И, собственно говоря, банк так и делает. И так у него ставка достаточно низкая по валюте – 0,5.

В принципе, я не знаю, это дело Центрального банка – снижать ее, не снижать, они должны это чувствовать и реагировать. Не раздавать золотовалютные резервы и не «палить» их на рынке, а идти по предоставлению кредитных ресурсов. Собственно говоря, они тоже это делают.

Один из известных инструментов – так называемые РЕПО. Либо на один день дают, на неделю, на 28 дней, на месяц почти, и на год. Это возвратные деньги, но они дают возможность участникам экономической деятельности воспользоваться этими валютными ресурсами. И делается все правильно.

Только делать нужно, может быть, даже на полшага быстрее. Вы знаете, я, конечно, вижу критику в отношении Центрального банка, в отношении Председателя Центрального банка. Она в чем-то обоснована, в чем-то – нет. Но и Правительство не должно забывать про свою меру ответственности. Нужно работать с теми же экспортерами, у которых достаточно большая валютная выручка.

Председатель Правительства встречался с руководителями наших крупнейших компаний, и мы видим: определенный результат есть. Конечно, многим из них нужно сейчас рассчитываться по кредитам, нужно думать о состоянии своих компаний.

Компания так же, как и рядовой гражданин тоже думает, как бы что-то приберечь, припрятать на «черный день». Правильно ли это экономическое поведение? С точки зрения экономической логики – нет. Но компании тем не менее это делают. И мы сейчас видим, что результат в целом имеется, так называемый отскок происходит.

Нужно принимать и другие меры по линии Правительства. Что я имею в виду? Например, конечно, прежде всего борьба с инфляцией – это задача Центрального банка. Но есть некоторые вещи, и мы об этом говорили, и публично я об этом уже говорил, когда мы с Правительством встречались.

Например, цены на бензин, цены на продукты питания – надо этим заниматься. Причем в такой ситуации, в таких условиях надо заниматься, как бы кто ни критиковал, но именно в ручном режиме надо работать.

Ежедневно, еженедельно встречаться с производителями, с участниками рынка, с торговыми сетями, с розницей и нефтяными компаниями, которые у нас в значительной степени рынок монополизировали; ФАС должна как следует работать.

Эти действия должны быть совместными, коллективными, осмысленными. Без вторжения, конечно, в собственную компетенцию, скажем, Центрального банка либо Правительства. Тем не менее координация должна быть, и она должна быть своевременной.

Поэтому, конечно, можно «наезжать» на Набиуллину, но не забывать, что в целом их политика является адекватной. Не только Центральный банк несет ответственность за экономическую ситуацию в стране.

А.ГАМОВ «Комсомольская правда»:

С 2008 года мы с Вами говорим о том, что пора слезать с «нефтяной иглы», перестраивать нашу экономику, делать ее более эффективной. Но то, что происходит в эти дни, согласитесь, в общем-то, нам так это и не удалось.

Мы по-прежнему «сидим на этой проклятой игле», и неизвестно, сколько еще будем сидеть. Скажите откровенно, как Вы чувствуете, сможем ли мы использовать нынешний кризис в благих целях, сможем ли «с иглы слезть», перестроить экономику? Я понимаю, что быстро не удастся.

И второе. В своем Послании Федеральному Собранию Вы под аплодисменты страны и бизнеса изложили целый ряд послаблений, которые, в общем, давно напрашивались. Но такое сомнение, Вы же хорошо это понимаете, что главная в России опасность – это забюрокрачивание, «заматывание», «заигрывание» всех нужных, важных, правильных решений, в том числе и президентских.

Есть ли у Вас сейчас уверенность, что Ваши постулаты, Ваши мысли, Ваши решения на этот раз все-таки будут выполнены и Ваш оптимизм будет подтвержден более реальными шагами?

Спасибо, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Уверенность дает страховой полис, как мы знаем. Здесь страховка для нас – это правильная макроэкономическая политика и резервные фонды для решения социальных задач. В целом это такой надежный полис, который эту уверенность вселяет.

Но что касается забюрокрачивания, могу вам сказать, здесь, наверное, есть коллеги из стран Европейского союза. Если вы их спросите про бюрократию в Брюсселе, они вам расскажут, как это делается. Наши бюрократы еще отдыхают по сравнению с брюссельскими.

Эта проблема, конечно, все равно существует, но дело не в бюрократии. Вы знаете, в чем дело? Я ведь в самом начале говорил, что сейчас скажу несколько фраз, несколько предложений, а потом можно пресс-конференцию заканчивать. И это, похоже, не шутка.

Дело ведь не в том, что у нас забюрокрачивают решения. Дело в том, что когда внешнеэкономическая конъюнктура подталкивает участников экономической деятельности вкладывать деньги, скажем, в энергетику либо в химию, либо в металлургическую промышленность, то как бы Правительство ни старалось настроить инструменты налогообложения, льготирования несырьевого бизнеса, это достаточно сложный процесс, потому что ресурсов бюджета, как правило, на это не хватает.

Они же, все эти инструменты, у нас применяются и используются на протяжении нескольких лет. Мы стараемся создать более благоприятные условия для развития производственной части бизнеса, реального производства, но это идет довольно сложно. Особенно тогда, когда можно получить большую выгоду, вкладывая деньги в энергетику. Вы знаете, наверное, 80 процентов обращений в Правительство, как минимум, поверьте мне, связано не с тем, чтобы вложить деньги в высокотехнологичные сферы, а чтобы получить какое-то месторождение. Почему? Потому что там деньги быстрые и большие.

Сейчас я подхожу к ответу на Ваш вопрос. Если конъюнктура складывается иначе, тогда сама жизнь подталкивает к тому, что деньги надо вкладывать в другие отрасли. И это вселяет оптимизм, как ни странно. Да, будет сложнее в чем-то. Да, нам нужно будет решать социальные вопросы во что бы то ни стало и исполнять социальную часть указов Президента 2012 года.

Можем мы это сделать? Можем. Но в то же время нужно воспользоваться этой ситуацией, чтобы дополнительно создать условия для производственного бизнеса и диверсификации экономики. Надеюсь, что именно сегодняшняя конъюнктура поможет нам это сделать.

А.КОЛЕСНИКОВ газета «Коммерсантъ»:.

Владимир Владимирович, в начале 2012 года в одной из своих предвыборных статей, которые потом были оформлены в майские указы, как известно, Вы, характеризуя текущую ситуацию, процитировали Александра Горчакова, Вы сказали: «Россия сосредотачивается».

Скажите, пожалуйста, сейчас что со страной, по Вашему мнению, происходит? Что она делает? Она по-прежнему сосредотачивается или, может быть, пора уже рассредоточиться, может вообще пора расслабиться наконец-то?

Спасибо.

В.ПУТИН: Работать надо. И в этом смысле мало что изменилось. Более того, сегодняшние условия подталкивают нас. Я уже к этому подхожу с разных сторон, я так и вижу, что вы практически одну и ту же тему с коллегами поднимаете с разных сторон. Надо работать. И внешние условия заставляют нас быть более эффективными, переходить на инновационные пути развития.

Ведь что нужно для будущего нашей экономики? Нужно создать благоприятные условия для ведения бизнеса, обеспечить свободу предпринимательства, нужно гарантировать собственность, нужно перестать с помощью правоохранительных органов гонять всех, кто не понравится, и использовать эти инструменты для конкурентной борьбы. Нужно увеличить льготирование производственной части, нужно поднимать регионы Российской Федерации, которые требуют особого внимания, такие как Дальний Восток.

Делаем мы это или нет? Да. Но в Послании я же изложил целую программу того, что мы должны сделать. Я имею в виду и налоговые каникулы на четыре года, я имею в виду каникулы по проверкам на три года в отношении тех предприятий, которые три года не были замечены в каких-то серьезных нарушениях, я имею в виду льготы для малого бизнеса. Нам нужно продолжить это сосредоточение и подкрепить его конкретной работой.

Р.ЦИМБАЛЮК украинское агентство «УНИАН». Если позволите, два очень коротких вопроса.

В.ПУТИН: Прошу Вас.

Р.ЦИМБАЛЮК: Первый вопрос относительно карательной операции, которую вы устроили на востоке нашей страны, причем в основном против русскоязычного населения. Не секрет, что там воюют российские военнослужащие и российские боевики, которые все это устраивают.

Вопрос: сколько Вы туда отправили российских военных? Сколько Вы отправили туда техники? Сколько из них погибло на территории Украины? Вы как Верховный Главнокомандующий что бы сказали семьям погибших российских офицеров и солдат?

И, если можно, очень кратко второй вопрос. У нас был президент, его звали Виктор, он сейчас скрывается на территории Российской Федерации. В свое время он посадил номер один партии «Батькивщина» Юлию Тимошенко в тюрьму. Она там отсидела, а сейчас номер один партии БЮТ сидит, но уже в российской тюрьме.

В.ПУТИН: Что-что? Еще раз.

Р.ЦИМБАЛЮК: Номер один по списку Блока Юлии Тимошенко сейчас сидит в тюрьме, в российской. У меня вопрос: при каких условиях Вы отпустите украинскую летчицу Савченко, украинского режиссера Олега Сенцова и еще как минимум 30 украинских военнопленных, которых вы удерживаете на территории России в различных СИЗО?

Спасибо.

В.ПУТИН: Начнем с последнего вопроса, а потом я, безусловно, отвечу и на Ваш первый вопрос.

Последний вопрос по гражданке Савченко, при каких условиях она может быть отпущена. Я здесь занимаю абсолютно открытую и понятную, на мой взгляд, позицию. Здесь в зале сидят коллеги тех наших журналистов (это, впрочем, и Ваши коллеги), которые погибли, исполняя свой служебный долг на юго-востоке Украины. Подчеркну, что эти люди не принимали участия ни в каких боевых действиях ни с одной стороны. Они были без оружия. Обязанность всех государственных структур, в том числе и военных структур, охранять их жизнь и здоровье, дать им возможность исполнять свой долг для распространения объективной, полноценной информации, во всяком случае, так, как они ее видят. Это общепризнанный в цивилизованном мире факт. Эти люди были убиты. По данным наших правоохранительных органов, наводчиком при этом убийстве была госпожа Савченко. Если в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства выяснится, что она здесь ни при чем, что она ни в чем не виновата, она немедленно будет освобождена. Если выяснится, что она виновата и что она действительно участвовала в этом убийстве, исхожу из того, что российский суд примет соответствующее решение, и она будет отбывать наказание в соответствии с решением суда. Вместе с тем заранее никто не имеет права человека объявлять виновным в совершении им какого-либо преступления, имею в виду, что в нашей стране действует принцип презумпции невиновности. Поэтому посмотрим, как будет развиваться предварительное следствие и к каким выводам придет российский суд.

Что касается других военнослужащих, о которых вы упомянули. Мы не считаем их никакими пленными, они содержатся у нас в наших местах лишения свободы и по ним проводится предварительное разбирательство, предварительное следствие в подозрении в причастности их к террористической деятельности. Вот это вторая часть вашего вопроса.

Теперь первая – по поводу того, кто и за что несет ответственность. У нас в России, собственно говоря, так же как почти в любой другой президентской республике, за все отвечает Президент. Что касается военнослужащих – за их судьбу отвечает Верховный Главнокомандующий. Обращаю ваше внимание, что у нас это одно и то же лицо.

Все люди, которые по зову сердца исполняют свой долг, либо добровольно принимают участие в каких-то боевых действиях, в том числе и на юго-востоке Украины, не являются наемниками, потому что за это денег не получают.

В нашем общественном сознании то, что происходит на юго-востоке Украины, действительно, карательная операция, но она проводится сегодняшними киевскими властями, а не наоборот. Ведь это не ополченцы юго-востока направили свои боевые подразделения к Киеву, а, напротив, киевские власти подогнали вооруженные силы к юго-востоку, используют систему залпового огня, артиллерию и боевую авиацию.

В чем проблема, и как из нее можно выйти? Постараюсь ответить и на этот вопрос. Проблема в том, что после совершения государственного переворота (а кто бы как ни называл, и что бы по этому поводу ни говорилось, государственный переворот был совершен в Киеве, причем вооруженным путем) часть страны не согласилась с таким развитием событием.

Вместо того чтобы начать с ними хоть какой-то политический диалог, сначала начали применять правоохранительные органы, милицию. Когда это не получилось, начали применять армию. Когда и это не получилось, сегодня пытаются решить вопрос силовым способом с помощью экономической блокады.

Считаю, что этот путь абсолютно бесперспективный, вредный для судеб государственности Украины и для украинского народа. Надеюсь, что нам удастся в ходе диалога, а мы готовы выступать здесь как посредники, выйти все-таки на прямой именно политический диалог и этими способами, этими политическими инструментами урегулировать ситуацию, вплоть до восстановления единого политического пространства.

А.ВЕРНИЦКИЙ Первый канал:

Владимир Владимирович, происходящее сейчас с нашей экономикой – это расплата за Крым? Может, пора об этом честно сказать?

В.ПУТИН: Нет, это не расплата за Крым. Это расплата, это плата, вернее, за наше естественное желание самосохраниться как нация, как цивилизация, как государство. И вот почему. Я, уже отвечая на вопрос Вашего коллеги из НТВ, сказал, что мы после крушения Берлинской стены, после развала Советского Союза (в Послании тоже об этом говорил) абсолютно раскрылись перед нашими партнерами. Что мы увидели?

Прямую, полную поддержку терроризма на Северном Кавказе. Прямую, понимаете? Это что, партнеры разве так поступают? Я сейчас не буду вдаваться в детали, но это факт, и все это знают. По любому вопросу, что бы мы ни делали, мы всегда встречаем проблемы оппонирования и борьбу с нами.

Давайте вспомним, как страна готовилась к Олимпиаде 2014 года. С каким подъемом, энтузиазмом мы это дели, для того чтобы устроить праздник не только для наших любителей спорта, но и для любителей спорта во всем мире.

Но ведь это же очевидный факт – были предприняты беспрецедентные попытки, явно скоординированные, дискредитировать и подготовку к Олимпиаде, и сам ход Олимпиады. Это очевидный факт. Зачем? Кому это надо? И так бесконечно.

Я приводил, знаете, на Валдайском клубе, так называемом, пример и вспомнил наш наиболее узнаваемый символ – медведя, который охраняет свою тайгу. Вы знаете, в чем дело? Если продолжить такие аналогии, мне самому иногда приходит в голову мысль: может быть, мишке нашему надо посидеть спокойненько, не гонять поросят и подсвинков по тайге, а питаться ягодками, медком. Может быть, его в покое оставят?

Не оставят, потому что будут всегда стремиться к тому, чтобы посадить его на цепь. А как только удастся посадить на цепь, вырвут и зубы, и когти. В сегодняшнем понимании это силы ядерного сдерживания. Как только, не дай бог, это произойдет, и мишка не нужен, так тайгу будут сразу прибирать.

Ведь мы же почти от официальных лиц слышали многократно, что несправедливо, что Сибирь с ее неизмеримыми богатствами вся принадлежит России. Как несправедливо? А отхапать у Мексики Техас – это справедливо. А то, что мы на своей собственной земле хозяйствуем, это несправедливо, нужно раздать. А потом, после этого, как только вырвут когти и зубы, тогда мишка вообще не нужен. Чучело из него сделают, и все.

******

Г.ДУБОВИЦКИЙ РИА «Новости»:

Владимир Владимирович, я вернусь к теме ситуации на валютном рынке, тем более она развивается каждый день, миллион россиян это волнует. Многие эксперты, и Вы в том числе, говорили, что одной из причин такой ситуации могут быть действия валютных спекулянтов. Назывались даже конкретные компании, конкретные фамилии. Вы можете назвать этих людей, кто они, россияне или какие-то зарубежные люди? И почему не удается их побороть? Они так сильны или мы так слабы?

И, если позволите, второй вопрос по этой же теме: планируют ли ЦБ и Правительство такие меры, как фиксация курса рубля или деноминация рубля?

В.ПУТИН: Это то, что было сделано как раз нашими украинскими партнерами и никакого положительного результата не принесло. То есть или заставлять продавать, Вы это имеете в виду, заставлять участников экономической деятельности, экспортеров наших основных товаров, у которых есть валютная выручка, в обязательном порядке продавать. Но завтра они придут и купят опять, как это было в Киеве, и в других странах так происходит.

Следующим шагом нужно ограничивать их в приобретении на внутреннем рынке, но так мы далеко зайдем. Поэтому ЦБ не планирует, насколько мне известно, и Правительство тоже, ограничивать наших экспортеров по таким показателям, и правильно делает.

Это не значит, что Правительство не может работать хотя бы через своих представителей в совете директоров. Понимаете, это же наши крупнейшие энергетические компании, они с госучастием прежде всего, и поэтому влияние там возможно. Но никаких директивных указаний, ограничений не планируется, и мы это делать не будем.

Что касается так называемых спекулянтов. Это не уголовно-правовое понятие – спекулянты на валютном рынке. Это могут быть иностранцы – участники валютного рынка, различные фонды, они присутствуют на российском рынке и достаточно активно работают.

Это могут быть и наши компании, и в целом, я же в самом начале говорил, это вполне соответствует практике любой рыночной экономики. Они появляются всегда, когда можно заработать денег.

Не украсть, не кого-то надуть, а именно поработать на рынке, создавая для себя благоприятную ситуацию, подталкивая, допустим, как это было в начале этого процесса, скажем, в данном случае Центральный банк Российской Федерации выходить на рынок и продавать золотовалютные резервы в надежде поддержать курс национальной валюты, проводить так называемые интервенции.

Но ЦБ остановился, и правильно сделал. Надо было, может быть, только пораньше и пожестче это сделать, тогда не нужно было бы, может быть, ставку поднимать до 17 процентов. Но это другой вопрос, это вопрос, так сказать, вкусовой, хотя он и является весьма существенным, это правда. Ну что, я сказал, кто это такие.

******

В.ПРИХОДЬКО «Московский комсомолец»:

В ряде регионов нашей страны, в первую очередь в Москве, сокращается количество коек в больницах, соответственно, сокращается медперсонал. Как Вы к этому относитесь? Будет ли подобный эксперимент проведен на остальной территории России? Люди все-таки опасаются, что из-за такой реформы им не будет предоставлено даже гарантированное Конституцией право на медпомощь.

Спасибо.

В.ПУТИН: Вы знаете, Вы затронули один из ключевых вопросов нашей текущей жизни, один из фундаментальных, я бы сказал. Образование, здоровье граждан, безусловно, должны постоянно находиться в поле зрения государства и региональных властей, в данном случае московских властей.

Конечно, мы должны видеть, понимать и тонко реагировать на то, что происходит в соответствующем профессиональном сообществе. И все изменения, которые планируются и происходят, мы должны, конечно, делать в контакте с представителями в данном случае медицинской общественности. Если московские власти на каком-то этапе упустили эту часть работы, то это ошибка, и это, безусловно, надо выправлять.

Но ориентироваться прежде всего при решении вопросов развития здравоохранения или образования мы должны на что? На людей, которые пользуются услугами здравоохранения или образования. Миллионы людей ждут от нас улучшения ситуации в сфере здравоохранения. Вот на это надо ориентироваться прежде всего – на потребителей, на граждан. А граждане что говорят? Они не довольны здравоохранением, несмотря на все предпринимаемые усилия. Мы должны проанализировать, почему так происходит и что надо сделать для того, чтобы ситуацию улучшить.

Я сейчас не буду давать оценок того, что сделали московские власти. Они действовали в рамках своей компетенции. Мы говорим о том, что у нас здравоохранение затратно, но не очень эффективно. У нас койки в стационарах часто используются не для лечения больного, а для того чтобы оздоравливать пациентов, особенно в осенне-зимний период. Это, наверное, тоже не плохо, но койки не для этого созданы.

Нам нужно повышать высокотехнологичность медицинской помощи, как это делается в хороших клиниках, кстати говоря, у нас тоже. Четыре-пять дней человек на койке находится в стационаре, получает интенсивную терапию, а потом он долечивается амбулаторно. У нас сколько на койках проводят? Я сейчас боюсь ошибиться, но не четыре-пять дней в среднем. Гораздо больше. Более того, московские власти считают, я не проверял, но они считают, что коечный фонд в Москве переразмерен на 30 процентов, и, конечно, с этим надо что-то делать. Почему? Потому что если сохранять все в таком виде, тогда нужно платить за землю, платить за электричество, за отопление и так далее. Это неэффективные расходы, они идут не на лечение людей, а на текущие неэффективные расходы. А лучше эти деньги сосредоточить на повышении качества оказания помощи, на обустройство больниц и поликлиник современным оборудованием, на подготовку медицинского персонала.

Я сейчас говорю о своем отношении в целом к реформе здравоохранения, а не к действиям московских властей. Но то, что в последнее время было сделано московскими властями, мне кажется, в целом правильно. Во-первых, они начали этот диалог с медицинским сообществом. Во-вторых, они приняли решение по дополнительным компенсациям для высвобождающихся врачей: врачам-специалистам плюс к выходному пособию они платят, если я не ошибусь, 500 тысяч рублей, среднему медицинскому персоналу – 300 тысяч рублей, а младшему медперсоналу – 200 тысяч рублей.

Кроме того, готовится программа по переподготовке специалистов. Они могут за счет городского бюджета от двух-трех месяцев до двух лет проходить переподготовку. И конечно, городские власти должны подумать о том, кто, где и в каком качестве будет дальше работать. Но это нельзя делать в отрыве от медицинской общественности. Я очень рассчитываю на то, что московские власти в таком направлении и будут действовать. Аккуратно, аккуратно, чтобы не навредить. Самое главное, чтобы они не забывали главный принцип не только врача, но и главный принцип всех преобразований в здравоохранении – не навреди.

******

М.БАЖЕНОВ «Бизнес ФМ»:

Владимир Владимирович, в своем ежегодном Послании Федеральному Собранию Вы сказали о том, что у нас пройдет амнистия капитала. Прошла уже неделя, но пока никаких подробностей мы не слышали. Хочется услышать подробности, когда она начнется, сколько она продлится, какой объем капитала Вы планируете вернуть в страну.

И, пожалуй, еще очень важное. Каким Вам видится механизм этой амнистии? То есть весь ли будет капитал возвращаться, в том числе и тот, который, может быть, получен незаконным путем или не весь? Здесь, может быть, фильтр какой-то будет. А если будет фильтр, то как бизнесмены отнесутся к нему, поверят ли они, что этот фильтр можно будет пройти и спокойно продолжать бизнес в России? Какие у них в конце концов будут гарантии, что после того, как они зарегистрируют свой бизнес в России, к ним не возникнет вопросов со стороны правоохранительных, налоговых органов и так далее?

В.ПУТИН: Понятно.

Первое. Сколько мы планируем вернуть капитала? Не планируем вообще. Вопрос не в возврате капитала, это не фискальная мера. Вопрос в легализации. Если бизнес хочет оставить деньги, имущество за границей, пусть оставляет. Вопрос в легализации, в том, чтобы они заявились здесь и зарегистрировались здесь. Вот это самое главное, я хочу, чтобы это было понятно.

Второе. Лично буду следить за тем, чтобы не было никаких нарушений в отношении механизмов и гарантий. Хочу предупредить всех своих коллег, в том числе из правоохранительных органов, будем принимать самые жесткие меры к тем, кто будет нарушать тот принцип, о котором я сейчас сказал.

И наконец, по поводу фильтров. Я считаю, что никаких фильтров не должно быть. Все, кто хочет сюда прийти, здесь зарегистрироваться, легализоваться, должен получить такое право. По поводу криминального характера действует презумпция невиновности, о которой я уже много раз говорил. Если не будет ничего другого, то все считается легальным.

Ну и, наконец, механизмы. Пока они не отработаны, об этом нужно думать, Правительство сейчас работает. Я считаю, что нужно легализовать не только то имущество, которое есть в офшорах, но и то имущество, которое записано, переписано, скрыто на каких-то подставных фирмах, на родственников и так далее внутри самой России. Нужно всем заявить один раз о том, что кому принадлежит, перевернуть эту страничку и пойти дальше.

******

Е.ТАРАНДА: Владимир Владимирович, здравствуйте, меня зовут Евстолия Таранда. Я представляю первый арктический телеканал «Ямал-Регион» и регион Ямал. Вам передают очень многие привет и слова поддержки, держитесь на внешнем контуре. У меня вопрос будет касаться нашего региона.

Жители, северяне, волнуются, потому что не будет выборов губернаторов Ямала, Югры. Не приведёт ли это к укрупнению? И в целом потом объединения трёх субъектов не произойдёт – Ямала, Югры и Тюменской области? Дело в том, что Вы не раз бывали у нас, знаете, какие у нас условия, какая специфика жизни, работы. Сами понимаете, мы бы не хотели, чтобы это произошло.

Какова Ваша позиция на эту тему? Не будет ли один субъект от границ Казахстана до Арктики?

В.ПУТИН: Что касается субъектов Федерации, объединения и всего, что с этим связано, у нас есть федеральный закон и никакого другого пути, кроме объединения различных субъектов в один, не существует, кроме волеизъявления тех людей, которые проживают на этих территориях.

В разных регионах это решается по-разному: или нужно проводить референдум на всех территориях, референдумы, или нужно проводить это решение через соответствующие парламенты. Навязывать сверху никто ничего не будет, и это считаю контрпродуктивным.

В то же время (и здесь все это хорошо знают) у нас абсолютно неравномерно распределены производительные силы по территории Российской Федерации. У нас доходы различных субъектов Федерации отличаются друг от друга в разы (не помню уж во сколько, в 26, что ли, раз или даже больше), доходы бюджетов соответствующих регионов. Уровень жизни людей в этой связи отличается тоже в разы, медицинское обслуживание, образование и так далее.

В общем и целом это плохо, но, повторяю ещё раз, это чувствительная вещь, особенно если это связано с национальными республиками. Мы ни в коем случае не будем идти по пути принудительного объединения. Люди только сами, на основе своего жизненного опыта, на основе понимания того, что происходит в экономике, в социальной сфере, могут принять соответствующее решение.

Конечно, наверное, есть политические силы, которые хотят объединиться, есть политические силы, которые не хотят. Это должно происходить максимально публично, и максимально должна быть общественность в это вовлечена. Никакого навязывания сверху не будет.

ДЖОН СИМПСОН (как переведено): Господин Президент, меня зовут Джон Симпсон. Я представляю «Би-Би-Си».

Западные страны сейчас почти единогласны в том, что началась новая «холодная война» и что, честно говоря, Вы тоже внесли в это вклад. Мы практически каждый день наблюдаем, как российские самолеты осуществляют очень опасные маневры в направлении воздушного пространства западных стран. Я думаю, что это осуществляется по Вашим указаниям, поскольку Вы являетесь Главнокомандующим российских войск и только Вы обладаете возможностью направлять российские войска на территорию других суверенных стран, как в направлении Крыма, так и других стран.

Сейчас вы сталкиваетесь с большой проблемой в том, что касается российской валюты. Вам необходимо заручиться поддержкой, в частности, из западных стран.

Я хотел бы задать следующий вопрос: может быть, Вы хотели бы воспользоваться возможностью на этой пресс-конференции заявить западным странам, что сейчас Вы готовы к тому, чтобы заняться эффективным и конструктивным решением проблем на Украине?

Спасибо.

В.ПУТИН: Вам спасибо большое за вопрос. По поводу наших учений, маневров, развития Вооруженных Сил. Вы сказали, что Россия в известной степени внесла свой вклад в ту напряженность, которую мы сейчас наблюдаем в мире. Россия внесла свой вклад, но только в том смысле, что она все жестче и жестче защищает свои национальные интересы. Мы не атакуем (в политическом смысле этого слова), мы ни на кого не нападаем. Мы только защищаем свои интересы. И недовольство наших западных партнеров, прежде всего американских, связано с тем, что мы делаем именно это, а не с тем, что мы в сфере безопасности допускаем какие-то действия, которые провоцируют напряженность.

Я поясню. Вы говорите о полетах нашей авиации, в том числе о полетах стратегической авиации. Знаете ли Вы, что Россия в начале 90-х годов полностью прекратила, как это делал Советский Союз, полеты нашей стратегической авиации в отдаленных районах патрулирования? Мы полностью прекратили, а американские стратегические самолеты с ядерным оружием продолжали летать. Зачем? Против кого? Кому угрожали? Мы не летали и не летали, не летали и не летали из года в год. И вот только пару, тройку лет назад возобновили эти полеты. Так кто провоцирует? Мы, что ли?

У нас практически только две базы за границей, и то на террористически опасных направлениях: в Киргизии после того, как туда зашли боевики из Афганистана, по просьбе киргизских властей, тогда Президента Акаева, и в Таджикистане – тоже на границе с Афганистаном. Думаю, что и вы заинтересованы в том, чтобы там было все спокойно. И это обосновано, понятно и ясно.

Американские базы по всему земному шару. И Вы хотите сказать, что мы ведем себя агрессивно? Здравый смысл-то есть или нет? В Европе что делают американские вооруженные силы, в том числе тактическое ядерное оружие? Что там делают?

Послушайте, у нас бюджет Министерства обороны на следующий год вырос, но он в долларовом эквиваленте где-то, чтобы мне не ошибиться, 50 миллиардов примерно. А бюджет Пентагона почти в десять раз больше – 575 миллиардов, по-моему, утвердил Конгресс недавно. И Вы хотите сказать, что мы проводим агрессивную политику? Здравый смысл-то есть или нет?

Мы, что ли, свои вооруженные силы выдвигаем к границам Соединенных Штатов либо других государств? Базы НАТО кто двигает к нам, военную инфраструктуру? Не мы. Нас кто-нибудь слушает, хоть какой-то диалог с нами по этому поводу ведут? Нет, вообще никакого. Всегда в ответ только одно: «Не ваше дело. Каждая страна имеет право выбирать свой способ обеспечения безопасности». Да, хорошо. Но тогда и мы тоже будем это делать. Почему нам это запрещено?

И, наконец, я уже говорил об этом и в Послании – система противоракетной обороны. Кто вышел в одностороннем порядке из договора, который, безусловно, являлся одним из краеугольных камней всей системы международной безопасности? Мы, что ли? Нет. Это сделали Штаты. В одностороннем порядке вышли. Создают угрозы для нас. Разворачивают элементы стратегической ПРО не только на Аляске, но и в Европе, и в Румынии, и в Польше – прямо возле нас. И Вы хотите сказать, что мы проводим агрессивную политику?

Вопрос: хотим ли мы равноправных отношений? Да, хотим. Но при безусловном уважении наших национальных интересов и в сфере безопасности, и в сфере экономики.

Мы 19 или сколько там лет вели переговоры по присоединению к ВТО. Пошли на очень многие компромиссы. И всегда исходили из того, что эти договоренности являются железобетонными. Сейчас не буду говорить, кто прав, кто виноват. Я считаю, что мы правы в ходе украинского кризиса, я уже об этом говорил и много раз. И считаю, что наши партнеры западные не правы. Но сейчас оставим это. Мы присоединились к ВТО. Там есть правила. В нарушение всех этих правил и в нарушение норм международного права и Устава Организации Объединенных Наций в отношении российской экономики введены санкции в одностороннем порядке, абсолютно не правовым способом. Мы не правы опять?

Мы хотим развивать нормальные отношения и в сфере безопасности, и в борьбе с терроризмом. Мы будем работать вместе по нераспространению ядерного оружия. Мы будем вместе работать над такими угрозами, как распространение наркотиков, организованной преступности, распространение тяжелых инфекционных заболеваний, в том числе Эболы. Мы будем это все вместе делать, в том числе будем работать и в экономической сфере, если этого хотят наши партнеры.

С.ЖАРКИНОВА: Здравствуйте, господин Президент! Саида Жаркинова, я из Казахстана, представляю телекомпанию «МИР».

У меня, естественно, вопрос интеграционного характера. С 1 января следующего года в полную силу вступает Евразийский экономический союз, и к «большой тройке» – Казахстану, Белоруссии и России – присоединяется Армения и Киргизстан. В условиях кризисных явлений в наших экономиках есть ли повод для беспокойства? И, на Ваш взгляд, не превратится ли этот общий рынок в общий кризис?

В.ПУТИН: Вы знаете, ведь Казахстан, так же как и Российская Федерация, – это нефтегазодобывающая страна, и поэтому вне всякой связи с интеграцией в рамках Евразийского экономического союза так или иначе Казахстан, так же как и Россия, сталкивается с неблагоприятной в данном случае внешнеэкономической конъюнктурой.

Способны ли мы выйти из этой ситуации? Я уже сказал, неизбежно выйдем из этой ситуации с положительным знаком, со знаком «плюс». Неизбежно. И в силу роста мировой экономики и потребностей в энергоресурсах, которые у нас есть, никуда не денутся, и в силу того, что наши экономики так или иначе, безусловно, приспособятся к низким ценам на энергоносители.

Но в чем смысл предложения, которое было сделано Президентом Назарбаевым в свое время и которое мы успешно реализовываем с точки зрения интеграции? Что вместе это делать легче, освобождая пространство свободы для передвижения товаров, рабочей силы и капитала. Конечно, вместе это сделать легче. Более того, за время существования Таможенного союза в последние годы наш товарооборот увеличился на 50 процентов. Это все-таки серьезный объективный показатель, и мы будем опираться в том числе и на плюсы, связанные с интеграцией.

«Крестьянская жизнь». Без крестьян нельзя, тем более что 104 миллиона тонн в этом году. Поздравим их еще раз, крестьян наших, с результатом. Спасибо им большое.

С.САМСОНОВА: Здравствуйте! Светлана Самсонова, газета «Крестьянская жизнь», Волгоград.

Вопрос у меня, естественно, касается развития сельского хозяйства. Его развитие невозможно без решения кадровых проблем. Я приведу пример. У нас есть фермер в Волгоградской области Михаил Ротов. У него недавно ушел на пенсию работник, токарь, и он никак не может найти ему замену: и зарплату предлагал по сельским меркам более или менее нормальную, и дом, и питание. Тем не менее никто не хочет идти к нему. С подобной ситуацией сталкиваются и другие фермеры, особенно в сфере овощеводства. Никто не хочет заниматься грязной работой, и фермеры боятся, что уже, например, на следующий год мало кто выйдет в поля. Фермеры считают, что такая ситуация с кадрами – это угроза национальной продовольственной безопасности. Разделяете ли Вы эту точку зрения? Что вообще можно сделать, как решить кадровую проблему в сельском хозяйстве?

В.ПУТИН: Безусловно, я разделяю озабоченности представителей сельского хозяйства по поводу того, что в современных условиях нелегко работать. Но вместе с тем нельзя и не разделять оптимизма тех, кто считает, что расчистка внутреннего рынка для отечественных производителей создает дополнительные серьезные возможности для развития сельского хозяйства.

Что касается кадров, то, конечно, об этом нужно подумать заранее, государство об этом думает. Это касается и подготовки средних специалистов, это касается подготовки специалистов в высшем звене. Всеми этими кадровыми возможностями надо пользоваться. У нас замечательные, просто замечательные высшие и средние учебные заведения, которые готовят специалистов в области сельского хозяйства.

У нас Академия сельского хозяйства влилась в большую академию. Я надеюсь очень, что это даст синергетический положительный эффект и для этой важнейшей отрасли российской экономики.

Кроме всего прочего, мы только вчера и с Председателем Правительства об этом говорили, Правительство приняло дополнительно решение добавить около 20 миллиардов в следующем году, помощь сельскому хозяйству будет где-то в 200 миллиардов рублей по разным направлениям. Надеюсь, что аграрии это почувствуют. Нам, конечно, очень важно сейчас сделать так, чтобы средства, которые будут получены в результате реализации рекордного урожая в 104 миллиона, дошли до сельхозпроизводителей, чтобы они ни в коем случае не осели исключительно в каком-то среднем посредническом звене.

Ну а кадры? Надо вовремя, своевременно привлекать. И с учетом того, что цены на продовольственные товары у нас объективно, а где-то и необъективно все-таки подрастают, и для потребителя это, конечно, не очень хорошо, но для сельхозпроизводителей это шанс. Надеюсь, что этим шансом все воспользуются.

******

Е.ЕВТЯКОВА: Здравствуйте! Алена Евтякова, телеканал «Губерния», Воронежская область.

Владимир Владимирович, скажите, пожалуйста, в моем регионе сейчас (он входит в десятку по вводу нового жилья) объемы ипотеки выросли до 60 процентов. В связи с экономической ситуацией как будет выглядеть та самая ипотека, кредиты на нее, и, собственно, программа «Молодая семья»?

Если можно, еще такой смежный подвопрос. Мне не простят, если я его не задам, можно будет практически не возвращаться в город. Скажите, пожалуйста, я, когда готовилась к поездке, спрашивала знакомых: «А что бы вы спросили у Владимира Путина?» И подруги моей тети все, как одна: «Да это же главный жених России!» Да, вот так. Больше года холостяцкая жизнь. Есть ли у Владимира Владимировича время на личную жизнь? Если можно, начните с первого вопроса.

В.ПУТИН: Подругам Вашей тети передавайте привет горячий! Спасибо им за такое внимание.

Что касается ипотеки, это серьезный вопрос. Это реально очень серьезный вопрос. Конечно, при 17 процентах ключевой ставки Центрального банка развивать ипотеку - сложное дело, если вообще возможно.

Должен сказать, что за текущий год и за предыдущий ипотека развивалась большими темпами, чем мы ожидали. Сейчас боюсь ошибиться в абсолютных величинах, но это больше ожидаемого, повторяю. Сколько были ипотечные? По-разному: сначала - 9,5, потом - 10, но люди очень активно брали.

Больше того, после того как ключевые ставки Центрального банка с начала года с 5,5 процента увеличивались, объем ипотеки не сокращался, а коммерческие банки, как это ни странно, не повышали, соответственно, уровень ипотечных кредитов, они держали. Я очень надеюсь, что и сейчас банки не будут спешить с пересмотром ставок под ипотечные кредиты.

Почему? Потому что это важно и для людей, и для решения социальных задач, обеспечения жильем, это важно и для экономики, потому что примерно 30-35 процентов от общего объема финансирования по ипотеке идет непосредственно прямо в строительную отрасль, а она является мультипликатором для целого ряда других отраслей промышленности.

Но без всяких сомнений, если эта ставка задержится на какое-то время, Правительство, да и Банк России должны будут подумать над специальными инструментами для поддержки ипотеки: и специальной, имею в виду молодых специалистов, молодых ученых, молодые семьи, военнослужащих, но и общей ипотеки.

Какие здесь возможны варианты? Самые разные. Но суть в одном - субсидирование, ничего другого мы не придумаем. Очень важно, и это возможно сделать, чтобы такой сегмент, очень важный для людей и для экономики, был сохранен.

Я говорю, почему возможно? Мы говорили, и я сейчас упомянул еще раз, ключевая ставка поднята для сохранения макроэкономической стабильности в стране. И правильно, потому что мы, именно опираясь на макроэкономическую стабильность, можем сохранить здоровую экономику. И именно это дает мне основания оптимистично заявлять, что рано или поздно при такой здоровой экономике мы точно выйдем в положительный тренд.

Но Банк России при этом, при резком поднятии ключевой ставки, обращаю ваше внимание, сохранил ставку для малого и среднего бизнеса в 6,5 процента, а для всего остального бизнеса, по так называемым проектам, проектному финансированию, 9 процентов. Плохо только, что до сих пор Правительство не предложило соответствующих проектов, а механизм должен работать так.

Напомню вам и через вас всем людям, которые бизнесом занимаются. Если есть хороший проект, экономически целесообразный, выгодный и стабильный, нужно прийти в коммерческий банк. Этот банк должен прийти в соответствующую правительственную комиссию, правительственная комиссия должна подтвердить, что это действительно эффективный и жизнеспособный проект.

И банк под это получает соответствующую ликвидность из Центрального банка под ключевую ставку, в данном случае 6,5 или 9 процентов. Вот это для бизнеса малого и среднего и для проектного финансирования сохранено. То же самое или что-то подобное можно сделать и для ипотеки.

По поводу Вашей тети. Я уже приветы передал. Все в порядке, не беспокойтесь. (Смех.)

Мне мой один приятель из Европы, большой начальник, как-то недавно после событий прошлого года говорит: «Слушай, у тебя есть любовь?» Я говорю: «В каком смысле?» – «Ну, ты любишь кого-нибудь?» Я говорю: «Ну да». – «А тебя кто-нибудь любит?» Я говорю: «Да». Он, наверное, решил, что я озверел совсем. Он говорит: «Ну, слава богу». Так водочки махнул. Так что все в порядке, не беспокойтесь. И с Людмилой Александровной у меня очень добрые отношения, дружеские. Мы с ней регулярно видимся. Уж не говорю про детей, это само собой разумеется. Не так часто, как бы мне хотелось, но все в порядке.

Давайте позволим задать вопрос господину из Турции, а потом из Грузии.

В.МАМАТОВ: Владимир Владимирович, добрый день! Маматов Владимир, газета «РепортерЪ», город Киров, он же Вятка.

Д.ПЕСКОВ: Но Вы же не из Турции.

В.МАМАТОВ: Да. Ну что делать? Так получилось. (Смех.) Спасибо за аплодисменты.

На фоне глобальных макроэкономических вопросов и тети, и всего остального абсолютно копеечный вопрос. По сельскому хозяйству задавали вопрос по поводу токаря, мне понравился. У меня тоже очень маленький вопрос, но жизненный.

У нас ситуация в области такая же. У нас делают вятский квас…

В.ПУТИН: Квас?

В.МАМАТОВ: Вятский квас.

В.ПУТИН: Я чувствую, кваску-то махнули уже. (Смех.)

В.МАМАТОВ: Владимир Владимирович, а я хотел Вас угостить, но охрана не дала ничего пронести.

В.ПУТИН: Они, знаете, иногда как говорят? Мне приносят что-нибудь в подарок, а они говорят: «Владимир Владимирович, сами будете есть и пить или будем проверять?»

В.МАМАТОВ: Я понял, дегустатора специального нет. Хорошо.

Вопрос такой. Мы делаем этого кваса много, очень хорошо, делаем давно.

В.ПУТИН: Я вижу! (Смех.)

В.МАМАТОВ: Но беда в том, что его не ставит ни «Ашан», ни основные торговые сети его не берут, хотя по вкусовым качествам и по цене мы легко бьем «Кока-колу», «Пепси-колу», все, что они делают. Что нам делать с вятским квасом и с торговыми системами? Можем ли мы как-то в них войти или нет?

В.ПУТИН: Вы знаете, шутки шутками, но вопрос абсолютно правильный. Не знаю, насколько вредный напиток «Кока-кола», но многие специалисты говорят, что так и есть, особенно для детей. Я не хочу обижать «Кока-колу», бог с ним, пускай они разбираются, но то, что у нас есть свои национальные безалкогольные напитки (безалкогольный ведь напиток, да?), в том числе квас, это точно совершенно.

И вода, кстати, у нас замечательная своя, вот это нужно, безусловно, продвигать. Вы знаете, только это нельзя сделать директивно, мы не можем выгонять с рынка, создавать неблагоприятные условия для работы на нашем рынке тем инвесторам, которые пришли, начали работать, заняли определенную нишу. Мы не можем этого делать. Но мы можем вам, и будем стараться помогать,  отвоевывать принадлежащий вам по праву российский национальный рынок. Это такой непростой процесс, но мы постараемся вам помочь.

Давайте все-таки турецкому коллеге дадим слово.

Ф.САФАРОВ: Фуад Сафаров, турецкое информагентство «Джихан».

Уважаемый Владимир Владимирович! Вы недавно были с официальным визитом в Турции. Но странно, после Вас европейцы-бюрократы поторопились и тоже совершили визит в Турцию.

В.ПУТИН: Что?

Ф.САФАРОВ: Европейцы-бюрократы. Судя по всему, они хотели уговорить Турцию, чтобы Турция присоединилась к санкциям против России. Могли бы прокомментировать? И как Вы оцениваете будущую перспективу двухсторонних отношений?

Второй вопрос. Есть непризнанная страна Северный Кипр. Они 40 лет живут под санкциями Европы. Они ждут от России как державы, чтобы Россия могла помочь решению кипрского вопроса.

В.ПУТИН: Начну с последнего.

Что касается Кипра вообще – Северного и Республики Кипр на юге. Вы знаете, что мы стараемся занять сбалансированную позицию и довести дело до такого решения проблемы, которое устроило бы как северную, так и южную часть острова, как турецкую, так и греческую.

У нас очень добрые отношения с Турцией, соответственно, так или иначе это распространяется на Северный Кипр. Я уже не говорю про Грецию, у нас особые отношения с Грецией, имея в виду и религиозную общность. Это данные конкретные, совершенно локальный вопрос, но очень важный для людей.

Мы будем, как и прежде, стремиться к сбалансированному решению без навязывания извне, что очень важно, с тем чтобы люди сами между собой договорились. Потому что стоит только вмешаться извне, что-то навязать, всегда такие договоренности не являются долговечными.

Но определенный оптимизм все-таки есть, то больший оптимизм, то меньший, все-таки контакты есть, и на границе происходит какая-то либерализация и послабление. Будем дальше двигаться в этом направлении.

Что касается уговоров Турции присоединиться к санкциям, я и не сомневался. Я когда был там, господину Эрдогану сказал: «Может быть, о некоторых вещах нам сейчас не стоит публично говорить, не стоит дразнить гусей, а то завтра налетят сюда?» Но господин Эрдоган крепкий мужик, он мог не делать этого. Я говорю: «Давайте не будем некоторые вещи объявлять». Но он подумал и говорит: «Нет, будем». Это выбор наших турецких партнеров. Он говорит: «Нам скрывать нечего, мы ничего ни у кого не собираемся украсть, утащить. Мы решаем наши двусторонние отношения».

Кстати говоря, вы знаете, много было в нашей истории трагического и драматического, и много хорошего было во времена Ататюрка. Что бы я хотел в этой связи сказать? И в Европе ведь тоже складывалось очень непросто между различными странами и народами. Я думаю, что нам очень хороший пример сотрудничества, выстраивания отношений в современных условиях демонстрируют, скажем, Германия и Франция.

Сколько они воевали между собой: и Первая мировая война, и Вторая мировая война, и 1870 год. Чего только не было, но в современных условиях выстроились в рамках одного союза, работают очень эффективно. И мы должны хорошие примеры брать на вооружение.

У нас с Турцией очень много, хочу это подчеркнуть, совпадающих региональных интересов. Более того, без активного участия Турции в решении ряда региональных вопросов эти вопросы и решены быть не могут. Поэтому мы очень заинтересованы в развитии отношений, и будем это делать.

В.ПУТИН: «Синьхуа» нельзя обойти. Миллиард 300 миллионов человек в Китае живет.

ФАНЬ ВЭЙГО: Спасибо.

Фань Вэйго, информационное агентство «Синьхуа», Китай.

Уважаемый Президент! Как Вы оцениваете развитие российско-китайских отношений в уходящем году? И какими Вам видятся перспективы развития этих отношений в следующем году?

Как известно, в следующем году в Уфе состоятся саммиты БРИКС и ШОС. Как Вы оцениваете взаимодействие России и Китая в этих структурах?

Большое спасибо.

В.ПУТИН: Начну с конца. Должен сказать, что ШОС, и мы об этом знаем, создавалась как структура для решения пограничных вопросов после развала Советского Союза между Китаем и бывшими республиками Советского Союза. Должен сказать, что она в этой части сработала очень эффективно и выполнила свою задачу. У нас ведь не было никаких конфликтов, слава богу, никаких неудовольствий в отношении друг друга. Вопросов было много, они все решены и решены на основе учета интересов и Китая, и всех других участников ШОС, в том числе и России.

Но эта структура вышла за рамки своих первоначальных границ, уже в виртуальном смысле этого слова. Она вышла за рамки тех задач, ради которых создавалась. Почему? Да потому, что она востребована. Этого бы не случилось, если бы международное сообщество и сами страны – участницы ШОС не поняли и не осознали, что они заинтересованы в дальнейшей совместной работе.

Сейчас, вы знаете, интерес к совместной работе в рамках ШОС проявляют и Иран, и Пакистан, и Индия, и ряд других стран, которые являются наблюдателями. В качестве постоянных и полноправных членов Шанхайской организации сотрудничества заявили себя уже и Индия, и Пакистан. И мы сейчас рассматриваем этот вопрос. Но, безусловно, это влияет и на отношения между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой.

Мы хорошо знаем, что Китай в страновом измерении является нашим крупнейшим торгово-экономическим партнером, у нас под 90 миллиардов долларов оборот будет в этом году, и он растет, несмотря на все трудности в мировой экономике, и будет расти дальше, в этом я нисколько не сомневаюсь.

Наша главная задача заключается в диверсификации наших торгово-экономических связей. И в этом отношении мы двигаемся и двигаемся позитивно, я имею в виду, что мы все больше и больше уделяем внимание вопросам изменения структуры нашего товарооборота за счет высокотехнологичной части. Мы строим, как вы знаете, атомные электростанции, и будем дальше это делать, если в этом Китай заинтересован. Мы работаем вместе в космосе, в авиастроении и в самолетостроении, в создании новых вертолетов тяжелого класса, мы работаем по целому ряду других новых перспективных направлений.

И что самое главное, у нас много совпадающих интересов на международной арене, в том числе это касается стабилизации ситуации на международной арене. Мы очень тесно сотрудничаем на площадке Организации Объединенных Наций и в Совете Безопасности. Сотрудничество России и Китая на этой площадке, безусловно, является одним из очень важных элементов, стабилизирующих сегодняшнее положение в мире.

К.УИВЕР: Кортни Уивер из Financial Times.

У меня вопрос по поводу Евтушенкова. Он вчера вышел на свободу. Если есть реальный уголовный иск против него, реальные уголовные дела, то почему он вышел на свободу сразу после того, как компания «Башнефть» перешла государству? Это знак для крупных бизнесменов в России, что правила игры в России сейчас меняются, и может быть пересмотр приватизации в России?

Спасибо.

В.ПУТИН: Дело «Башнефти» не имеет ничего общего с пересмотром итогов приватизации. Почему? Потому что судом не поставлена под сомнение законность приватизации, судом поставлен под сомнение факт передачи имущества из собственности Российской Федерации в региональную собственность, а не факт приватизации. Еще раз подчеркну, к приватизации не имеет никакого отношения. Единственное, в чем заподозрили следователи Следственного комитета господина Евтушенкова, это только в том, что, по их мнению, зная о высокой стоимости этого актива, когда он уже находился в собственности субъекта Федерации, а по предварительной оценке Следственного комитета эта стоимость была где-то 5-7 миллиардов долларов, он купил это за 2 миллиарда. И дело не в том, что он занизил цену при покупке, а дело в том, что он таким образом легализовал, помог легализовать неправомочным собственникам, как считает следствие, после ряда итераций актив оказался в частной собственности в конце концов, даже не в собственности Республики Башкортостан, помог как бы отмыть деньги. Но следствие не доказало этого факта. В этой части с него обвинения сняты, а что касается перехода из собственности «Системы» в федеральную, это не имеет отношения к приватизации. Еще раз повторяю, это имеет отношение только к неправомерной, как считает суд, передаче из федеральной собственности в региональную. Вот и все.

Я надеюсь, что и сама система, которая много сделала для развития, скажем, микроэлектроники, очень активно работает по другим направлениям, а не только в сфере ТЭК, не только восстановит свои позиции на бирже. Мы об этом поговорим, я хочу встретиться с нашими ведущими бизнесменами перед Новым годом, я это делаю регулярно, и господин Евтушенков тоже приглашен на эту встречу.

Д.ПЕСКОВ: Владимир Владимирович, может быть, все-таки Грузию? Обещали.

В.ПУТИН: Да, пожалуйста.

Т.ГОЦИРИДЗЕ: А я уже подумала, что Вы не хотели отвечать.

В.ПУТИН: Нет-нет.

Т.ГОЦИРИДЗЕ: Грузинская телекомпания «Маэстро», Тамара Гоциридзе.

Каковы перспективы российско-грузинских отношений? Считают ли опять в России, что Грузия – это отрезанный ломоть? Или же есть возможность их вывести на какой-то новый уровень, так как за последнее время динамика отношений Грузии с Евросоюзом и НАТО более активная, чем, допустим, с Россией? Насколько уже назрело, чтобы встретились главы государств России и Грузии? Насколько есть для этого повод и темы?

И самое последнее: какую роль может сыграть Россия в урегулировании конфликта? Я уточняю, что, признав со стороны России две территории Грузии и разместив там войска, конфликт-то остается в принципе неурегулированным. Что для этого может предложить Россия?

В.ПУТИН: Вы знаете, ведь вопрос, так же как по юго-востоку Украины, заключается в том, чтобы договариваться с людьми, которые живут на территориях. Я в свое время уговаривал Михаила Николаевича Саакашвили, который сейчас в бегах находится – кстати, мы здесь совершенно ни при чем, никто же, наверное, [нас] не заподозрит в том, что его гоняют, как вшивого по бане, по всему миру сейчас действующие грузинские власти – не по нашей инициативе, мы здесь совершенно ни при чем, – и даже не дают ему рабочую визу в США, насколько я знаю. Я его в свое время уговаривал, говорил: «Михаил Николаевич, не надо этого делать, ни в коем случае не начинайте боевых действий». «Нет, ни в коем случае». И начал. Результат известен. Но очень трудно сейчас выйти.

Я понимаю, это боль Грузии и грузинского народа, рана кровоточащая. Но ведь 1919 год (тоже все знают), были очень тяжелые события, когда после распада Российской империи Грузия объявила о создании независимого государства, а Абхазия сказала, что хочет остаться в составе России. И было все то же самое: и та же карательная операция, и боевые действия. Это же не забылось. Понимаете, это не мы придумали. Нас все время все обвиняют во всех смертных грехах, что мы провоцируем. Ничего мы не провоцируем. Так сложилось. Надо договариваться с этими людьми. И мы готовы этому способствовать. Но после того, как эти предупреждения были проигнорированы, начались боевые действия, да, Россия признала независимость этих республик. Надо исходить из реалий.

Можно ли в этих условиях что-то делать? Я Вам честно скажу: сложно очень. Тем не менее надо на первом этапе хотя бы наладить отношения, прямые контакты иметь, диалог должен быть какой-то политический, а не отвергать с порога. Если это удастся сделать, то мы всячески будем способствовать этому процессу. А к чему он приведет, я сейчас не могу сказать. Не могу.

Что еще?

Т.ГОЦИРИДЗЕ: О встрече.

В.ПУТИН: О встрече. Вы знаете, внутри Грузии у нас очень мало контактов, к сожалению. Практически их, можно сказать, нет. Там и внутриполитическая борьба не прекращается, мы видим. То, что от нас просили в свое время, это либерализовать поставку грузинских товаров на российский рынок, мы это сделали. И сделали в ответ на решение Грузии не препятствовать присоединению России к Всемирной торговой организации, несмотря на наши политические разногласия. Это был очень хороший жест со стороны грузинского руководства, и мы ответили на этот жест открытием нашего рынка.

Мы и дальше готовы двигаться в этом направлении. И если грузинское руководство сочтет возможным, мы будем рады любого представителя грузинского руководства, и Президента, и премьера видеть в Москве.

******

Д.ПЕСКОВ: Владимир Владимирович, может быть, коллега из Чечни, потому что у нас Чечня затрагивалась. Будьте любезны.

А.КАРИМОВ: Добрый день, Владимир Владимирович!

Альви Каримов, пресс-секретарь главы Чеченской Республики, телеведущий, автор передачи «Диалоги», героем которой были Вы, за что я Вам очень благодарен.

У меня вопрос такой. Конечно, санкции и так далее, недружественное отношение целого ряд стран к России - это понятно. Но обидно, что к этому подключились и славянские народы, славянские страны, которые всегда считались для нас дружественными.

В этой связи хотелось бы узнать Ваше мнение: в перспективе возможно по-прежнему, чтобы славянские народы - Сербия, Польша, Чехия, Болгария, Россия и так далее составили какой-то дружественный, если даже не государственный союз? Я имею в виду в перспективе. И чтобы они с одних позиций выступали на международной арене, как это сейчас делают англоязычные страны.

И следующий у меня вопрос. Я хотел бы сказать, что госпожа Собчак передергивает факты. Рамзан Ахматович никогда не нарушал Конституцию и никогда не допустит того, чтобы на территории Чеченской Республики ее нарушали.

К.СОБЧАК: Он сделал такое заявление, это правда.

А.КАРИМОВ: Я молчал, когда Вы нагло, беззастенчиво лгали.

К.СОБЧАК: Я могу свои слова продемонстрировать Вам.

Д.ПЕСКОВ: Ксения, Вам не мешали задавать вопрос.

А.КАРИМОВ: Я хотел бы задать такой вопрос. Когда ни в чем не повинные люди, сотрудники ДПС, учителя, журналисты, их жизни ставятся под сомнение, когда гибнут твои боевые товарищи (у сотрудника ДПС, который просто нес свою службу, остались четверо маленьких девочек сиротами, (две из них ДЦП-больные, и жена беременная, и когда глава республики точно знает, что определенные семьи находились в контакте с боевиками (не боевиками, а террористами, боевиков нет уже), когда эти семьи просили содействовать тому, чтобы эти люди были возвращены, они этого не сделали. Они звонили им в лес, говорили: «Как, сыночек, ты там спишь? Не холодно ли?», и так далее.

Глава республики говорит, что это уже называется по закону «содействием терроризму». Он говорит, что этих людей нужно привлекать к ответственности. Как Вы считаете, нужно ли в отношении террористов применять весь арсенал сил, средств, возможностей, для того чтобы не ставить под угрозу жизни сотен и тысяч человек, ведь в данном случае, если бы не были оперативно приняты меры, жертв было бы 500, 1000 и больше?

Извините за эмоциональность.

В.ПУТИН: Понятно.

Что касается пострадавших и семей погибших. Уверен, что Рамзан никогда не оставит в беде и нужде семьи своих боевых товарищей. Если надо, и мы тоже им поможем. Это первое.

Второе. Что касается пособничества, то, конечно, все пособники должны привлекаться, но, разумеется, в рамках действующего законодательства, в рамках действующего закона. А что там было на самом деле, повторяю, будет понятно в ходе предварительного разбирательства. И то, что нужно бороться с терроризмом по всей поляне, включая и элемент пособничества, это без всяких сомнений. Но, повторяю, только в рамках действующего закона.

По поводу славянских стран. Вы знаете, они находятся в достаточно сложном экономическом положении, а значит, очень зависимы, зависимы от давления. Видите, даже это давление, связанное, конечно, и с внешнеэкономической конъюнктурой, но отчасти и с санкциями и на нас влияет, но на эти малые страны влияет еще сильнее.

Они очень зависимые. И поэтому их суверенитет, конечно, подвергается большим испытаниям. Но я уверен и знаю, я просто это знаю, внутри народа тяга к определенному, если не политическому, то культурному и духовному единству сохраняется, сохранится и никуда не денется, истребить ее невозможно.

Н.СЕЛЬДЕМИРОВА: Здравствуйте! Наталья Сельдемирова, «Авторадио». Поскольку я представляю автомобильную радиостанцию, то и темы будут соответствующие.

Первое, что я хотела бы спросить. Когда вводились антисанкции, то пошли упорные слухи о том, что у нас запретят импортные автомобили. Сейчас, конечно, это уже произошло само собой, не запретили, а то, что их сейчас не ввозят из-за колебания курсов. Но все-таки теоретически хотя бы в целом такое возможно – запрет импортных машин?

И второе. Вы, наверное, не в курсе, но в народе прозвали службу эвакуаторов «крокодилами». Этот милый [показывает игрушечного крокодила], но в жизни все гораздо страшнее, они «жрут» все подряд.

Люди просто не справляются уже с такими штрафами, причем они бывают часто необоснованными. Если человек припарковал машину около дома, то под покровом ночи ее могут просто увезти. Такое творится в столице у нас сейчас.

Причем можно было человеку дать штраф в 3 тысячи рублей за неправильную парковку, но нет же, эвакуируют, за это нужно платить еще деньги. Человек на следующий день мотается по всей Москве. В общем, это многомиллионный бизнес, это всем очевидно. Как Вы считаете, справедливо такое обирание граждан? Тем более в сегодняшней сложившейся непростой экономической ситуации.

В.ПУТИН: Что касается импортных машин. Действительно, когда мы столкнулись с таким санкционным незаконным беспределом, конечно, у нас в Правительстве начали думать о том, а чем ответить. И один из вариантов ответа – это запрет на ввоз на российский рынок и новых, и поддержанных машин.

Почему? Потому что все мировые бренды уже работают в России. Запрет на ввоз готовой техники без всяких сомнений поддержит их производство, во-первых. А, во-вторых, будет достаточно жестким и для экономики тех стран, которые занимаются этой санкционной деятельностью.

Вы абсолютно правы, при сегодняшнем курсе это просто не имеет никакого экономического смысла, потому что курс сам по себе все расставил на место. Придерживаться мы, конечно, будем и поддерживать будем тех производителей, в том числе иностранных производителей, которые приходят в Россию, соглашаются с условиями глубокой локализации – 50 и более процентов.

Что касается эвакуации, то, конечно, все должно быть в меру, понимаете? Кроме автомобилистов есть еще и пешеходы, которые не довольны тем, что в некоторых местах, особенно в центре Москвы, невозможно не только проехать, но даже и пройти. Поэтому городские власти так же, как и в любой другой столице, московские в частности, должны были наводить порядок.

Повторяю, все должно быть в меру и в рамках отработанных правил. А эти правила без всяких сомнений должны приниматься публично, во всяком случае согласовываться с общественностью, если надо, выноситься на суд различных общественных организаций, в том числе и московского отделения "Общероссийского народного фронта", на Общественную палату и обсуждаться среди депутатов.

Если правила отработаны, они должны соблюдаться всеми, в том числе и участниками движения, и городскими властями. Разумеется, эти штрафы, нормы не должны быть запредельными, должны соответствовать уровню доходов. Это точно. Я просто не знаю, сколько с людей берут, но надеюсь, что здравый смысл будет иметь место.

Извините, вот «Калининградка» написано. Давайте Калининград послушаем, очень важный тоже регион России.

Е.НЕСМАЧНАЯ: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Спасибо за то, что дали возможность задать Вам вопрос. Меня зовут Елена Несмачная, газета «Калининградка», естественно, из Калининградской области.

Все, наверное, понимают, что мы живем в отрыве от основной России, у нас так и называют: «Мы и большая Россия». К сожалению, так есть. Вокруг нас наши друзья, мы их считаем друзьями, часто к ним ездим. Но в то же время очень часто с той стороны приходят новости, что они усиливают силы НАТО, что они обороняются со всех сторон от нас, пишут о том, что мы хотим на них напасть.

В.ПУТИН: А вы не собираетесь?

Е.НЕСМАЧНАЯ: Нет. А я хотела у Вас спросить.

В.ПУТИН: Успокойтесь.

Е.НЕСМАЧНАЯ: Нет, вопрос у меня связан с другим: будет ли усилена российская группировка в Калининградской области?

И еще, если можно, второй вопрос. Что будет со строительством Балтийской АЭС? Тоже очень волнующий людей вопрос.

В.ПУТИН: Строительство Балтийской АЭС идет, насколько я понимаю, и все по плану, как Кириенко докладывает. У нас очень эффективно работающая компания Росатом, и все технологии, которые применяются сегодня и внутри России, и на экспорт, являются технологиями так называемого постфукусимского уровня, то есть это повышенный уровень безопасности. Я думаю, что, наверное, никто из наших конкурентов таких технологий по безопасности пока еще не применяет. Это первое.

Второе, что касается отношений с соседями. Я знаю, что на региональном уровне отношения складываются действительно очень добрые и дружественные без всякого преувеличения. И мне руководители региона, и муниципалитетов, и самой Калининградской области многократно говорили о том, что они заинтересованы в развитии этих, особенно приграничных, отношений. В Калининград много ездит и поляков, и немцев. И наши граждане из Калининграда очень часто там бывают. Я думаю, что надо фобии оставить, а сотрудничество развивать.

Вот там плакат «Ветераны». Обязательно надо дать слово людям, которые хотят об этом поговорить. Пожалуйста.

А.ИВАНОВ: Владимир Владимирович, здравствуйте! Иванов Алексей, город Кириллов, Вологодская область, районная газета «Новая жизнь».

Уважаемый Владимир Владимирович! В следующем году у нас будет 70 лет Победе в Великой Отечественной Войне. Ветераны Великой Отечественной войны глубоко благодарны Вам за то, что Вы смогли улучшить жилищные условия всем тем, кто в этом нуждается.

Но, к сожалению, есть такая категория граждан, которая называется «Труженики тыла». У них был очень замечательный, большой, огромный вклад в общее дело – в Победу в Великой Отечественной войне. Не собираетесь ли Вы и Правительство страны улучшать жилищные условия именно этой категории граждан?

Спасибо.

В.ПУТИН: Мы всегда исходили из того, что и труженики тыла, и ветераны боевых действий в широком смысле этого слова заслуживают особого внимания со стороны государства. Я прекрасно знаю эту тему, которую Вы сейчас подняли. Но повторяю еще раз, когда мы принимали решение, и я лично это делал, об ускоренном обеспечении жильем ветеранов Великой Отечественной войны, мы исходили из одной цифры, она измерялась несколькими десятками тысяч человек. Когда начали это делать, получилось, что там сотни тысяч человек. Понимаете? И эта цифра постоянно увеличивалась. Это было абсолютно неожиданно не только с социальной, но и с бюджетной точки зрения.

Поэтому мы должны завершить сначала все, что было намечено сделать для ветеранов Великой Отечественной войны, но и, конечно, нужно думать о том, как помогать людям, которые, работая в тылу, обеспечили Победу в Великой Отечественной войне.

Я сейчас говорю об этом очень аккуратно, потому что мы должны прежде, чем что-то публично сказать (а это очень публичное заявление на всю страну), просчитать каждый шаг, особенно в современных условиях.

Красная табличка, скромно девушка сидит без всякой надежды на то, что ее заметят.

Пожалуйста.

Л.НАЛБАНДЯН: Здравствуйте! Спасибо, что заметили. Лиана Налбандян, журналист «Собеседника».

В этом году мы все отмечаем Ваш рекордный рейтинг популярности у народа. Недавно один из социологических фондов провел опрос, согласно которому россияне назвали Вас человеком года среди российских политиков.

Проблема в том, что Ваши ближайшие конкуренты набрали 2-4 процента, то есть у Вас был огромный отрыв. Вас не смущает такое безоговорочное первенство, а значит, и одиночество на политическом поле?

Спасибо.

В.ПУТИН: Мне не скучно. Так что Вы на этот счет не беспокойтесь. (Смех в зале.)

А потом, Вы знаете, я много раз на этот счет высказывался. Это все не застывшие вещи, и надо к этому относиться по-серьезному. Что значит относиться по-серьезному в моем понимании? Дело надо делать, работу работать, а не думать о том, как бы что сохранить: лишний служебный телефон или рейтинг. Как только начинаешь задумываться о сохранении каких-то рейтингов, то в эту же секунду он начинает падать, потому что вместо конкретной работы начинается профанация.

До сих пор такой стиль работы меня не подводил. Надеюсь его сохранить в будущем и надеюсь, что он тоже будет приносить свои положительные результаты. Главным образом не для того, чтобы это было отмечено на бумаге, а в жизни страны. Для людей чтобы было лучше – вот к чему надо стремиться.

Пожалуйста, девушка с платочком.

Е.ВИНОКУРОВА: Спасибо, иначе меня руководство убило бы.

В.ПУТИН: Ничего себе Свободные средства массовой информации у нас.

Е.ВИНОКУРОВА: Владимир Владимирович, я бы хотела продолжить тему, которую начали мои коллеги, – тему «пятой колонны», тему врагов России – и спросить у Вас, считаете ли Вы некоторые категории людей врагами России. А именно тех руководителей госкорпораций, которые сперва просят занять им триллионы из бюджета, потом на миллионы проводят закупки айфонов, потом выбрасывают на рынок страны облигации, а также не забывают выплатить себе миллионные бонусы; тех чиновников, даже в Вашем близком окружении, которые живут действительно во дворцах, учитывая, что наши бабушки сейчас считают копейки на хлеб; тех людей, которые руководят государственными телеканалами, показывают сюжеты про распятых детей, которые формируют наш отрицательный имидж на Западе и вредят Вашему личному имиджу, затрудняют переговорный процесс и провоцируют рознь; тех политиков, которые открыто призывали в эти месяцы дикого напряжения для нас всех, я думаю, для Вас тоже, к тому, чтобы Россия развязала агрессивную войну, то есть совершали фактически уголовное преступление; и тех силовиков, которые оставались абсолютно безучастны к этому, но зато, например, отрядили целый отряд следователей на то, чтобы вести дело о якобы краже картин сторонниками Навального, учитывая, что автор картин заявляет, что кражи не было, что опять же только вредит нашему имиджу на Западе и осложняет нашу сегодняшнюю ситуацию.

И последнее. Владимир Владимирович, какая годовая зарплата у Игоря Ивановича Сечина?

Спасибо Вам огромное.

В.ПУТИН: Зарплату Сечина не знаю. Я, честно говоря, даже свою зарплату… Как бы приносят, я их складываю, на счет отправляю, даже не считаю. А что касается Сечина, честно говоря, не знаю. Но знаю, что сотрудники крупных наших компаний, конечно, получают очень солидные деньги. Но мы должны смотреть на их уровни заработной платы не по сравнению со средним заработком в стране даже, хотя должны это иметь в виду всегда, но смотреть, как их коллеги в таких же корпорациях в мире получают.

Потому что сегодня там Сечин может работать, завтра, может быть, мы пригласим какого-то иностранного специалиста. Но для того чтобы пригласить специалиста… Не хочу, чтобы это рассматривалось так, что Сечина собираемся увольнять. Он будет работать. Он работает, кстати, достаточно исправно и весьма эффективно. Он эффективным менеджером оказался. Но я сейчас не про него. Я говорю про то, что в некоторые компании мы можем пригласить и иностранных специалистов. Но мы не можем иностранному платить одну зарплату, а нашим – другую. Это все-таки нужно сопоставлять в целом по отрасли, уже в мире, что называется. Поэтому Вы меня простите, но такой популизм неуместен.

Но, конечно, при этом нужно элементы социальной справедливости соблюдать. А в чем они могут проявиться? В так называемых «золотых парашютах», это точно. И я согласен с депутатами Государственной Думы, и с Правительством, что эти «парашюты» нужно вычищать. Это делаем не только мы, это и в других странах делается, и надо это делать в будущем.

Теперь по поводу чиновников из моего ближайшего окружения. В моем ближайшем окружении нет чиновников и, надеюсь, никогда не будет. Они все коллеги, но я ни с кем не сближаюсь и не собираюсь сближаться. Есть определенная государственная функция, которую исполнять исправно, сближаясь с кем-то в личном плане, практически невозможно. Я это давно осознал, понял, и поэтому стараюсь со всеми держаться на определенном расстоянии, но работать доброжелательно и с полным пониманием той ответственности, которая стоит перед людьми. Можно, конечно, бесконечно их трепать, этих чиновников, но не забывать, что от их эффективной работы зависит судьба миллионов и миллионов наших граждан, их социальное и экономическое самочувствие.

Есть ли в чьих-то действиях признаки того, что они перегибают палку, что называется? Наверное, есть. Это всегда происходит и везде. Надо за этим внимательно следить. И если представители средств массовой информации будут на это обращать внимание, это самый лучший способ того, чтобы бороться со всякими перегибами, в том числе и в отношениях с оппозицией. Некоторых из этих людей Вы сейчас упомянули.

Каждый имеет право на собственное мнение. Каждый имеет право на то, чтобы высказывать свою позицию, но, еще раз повторяю, в рамках действующего закона, не раскачивая страну и не присваивая себе монополию на истину в последней инстанции.

Давайте теперь по Ирану.

Р.САФАРОВ: Раджаб Сафаров, журнал «Деловой Иран».

Владимир Владимирович, ровно год тому назад Вы здесь, в этой аудитории, заявили о том, что «Иран – наш сосед, он приоритетнейший наш партнер»... Я цитирую Вас.

В.ПУТИН: Спасибо за доверие.

Р.САФАРОВ: «Что мы намерены развивать отношения во всех направлениях с этой страной. И это принципиальнейший выбор, наш принципиальный выбор».

Но год прошел, на самом деле товарооборот уменьшился, никаких особых контактов, которые могли бы привести к каким-то конкретным, крупным соглашениям, не получилось. Иран не зовут в ШОС, Ирана нет в Евразийском сообществе, Иран на самом деле не участвует в крупных энергетических проектах. Тот большой нефтяной контракт, который в начале этого года был подписан, так и не реализован.

Более того, на самом деле я исхожу из того, что товарооборот, который в этом году есть, меньше чем полпроцента от товарооборота с другими странами у России.

И получается парадокс. Никто в России не отвечает за это состояние, ни один чиновник, ни один государственный деятель не несет ответственности за падение товарооборота с Ираном. Может быть, стоит Вам подумать, чтобы на самом деле назначить или уполномоченных представителей Президента или от Правительства, чтобы каждый по ключевым странам отвечал именно за товарооборот в развитии торгово-экономических отношений?

И самое последнее. От действий послов очень многое зависит. Может быть, стоит как-то посмотреть по-другому на деятельность послов? Если посол в течение одного года не развивает или не содействует торгово-экономическим отношениям хотя бы на пять процентов, серьезное замечание. Если во втором году нет такого развития, то тогда сменить, может быть, посла?

На самом деле я исхожу из того, что от взаимодействия нашего с вами (в плане взаимодействия с Ираном имеется в виду) очень многое зависит. Вы в прошлом году обещали, что посетите Иран, этого не произошло. Вы обещали, что будет подписано крупное экономическое соглашение с Ираном, тоже не произошло этого. Я не понимаю: или в Вашей стратегии что-то изменилось, или команда все-таки не реализовывает Ваши директивы?

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Первое, что касается послов. Конечно, в обязанности посла входит постоянное улучшение межгосударственных связей, но впрямую в его обязанности не входит увеличение товарооборота. Если мы будем поступать в соответствии с Вашими рекомендациями, то мы послов не напасемся.

А какова эффективность работы дипломатической миссии в той или иной стране, это определяет Министр иностранных дел и в конечном итоге – Ваш покорный слуга по докладам Министерства иностранных дел. Мы, безусловно, посмотрим, в том числе и после Вашего выступления, на эффективность работы нашего посольства, но в целом мы удовлетворены тем, как они работают.

Что касается товарооборота, то он действительно несколько снизился. Мы обсуждали это и с Президентом Ирана. Мы предпринимаем попытки улучшить товарооборот, его структуру и объемы.

Это зависит не только от нас. Это зависит от той обстановки, которая складывается в мировой экономике. Это процессы чисто объективного характера, потому что Иран – это тоже нефтегазодобывающая страна, и в значительной степени экономика Ирана так или иначе завязана на мировой нефтегазовый сектор.

Сейчас мы все являемся свидетелями понижения цен на энергоносители, на нефть. Много всяких разговоров на этот счет, почему так происходит. То ли это какой-то сговор между Саудовской Аравией и Соединенными Штатами, для того чтобы наказать Иран, для того чтобы повлиять на экономику России, на Венесуэлу и так далее.

Может быть, а может быть и нет. Может быть, это просто борьба традиционных производителей сырья с той же сланцевой нефтью, и скоро (она уже где-то подошла к своей нулевой себестоимости) может опустится, и подержать еще такую ставку – все в конечном итоге развалится, и цены пойдут вверх. Мы этого достоверно сказать не можем.

Могут ли совпадать интересы, скажем, администрации США и основных добытчиков сырья? Могут. Потому что администрация в принципе очень спокойно относится к тем вложениям, которые сделаны частными компаниями в сланцевую нефтедобычу. Для них главное – общий уровень цен.

Если он будет постоянно держаться низко, этот уровень цен, то в конечном итоге компании перестанут вкладывать в трудноизвлекаемые запасы, в новые месторождения, и на фоне роста мировой экономики это когда-нибудь так скакнет, что в принципе будет плохо даже для индустриально развитых стран. Многие это понимают.

Кстати сказать, наши китайские друзья это прекрасно понимают. Они не заинтересованы в том, чтобы нефть опускалась слишком низко и держалась так долго. Иран зависит от этого, и с этим ничего не поделаешь. Мы ищем возможности диверсификации сотрудничества с Ираном, и будем это делать, и мы делаем это искренне.

Что-то получается, что-то нет. Мы работаем и в сфере машиностроения, в сфере авиастроения, мы ищем другие возможности диверсификации помимо нефтегазового сектора, но тот контракт, о котором Вы сказали, мы искренне стремились к его реализации. Вы не правы, когда говорите, что у нас некому за это отвечать. У нас Министр энергетики неоднократно бывал в Иране и приглашал сюда своих партнеров.

Это был очень сложный процесс поиска компромиссного взаимоприемлемого решения. В конце концов он найден. Там очень все непросто с расчетами, там целый комплекс проблем, но в целом мы их решили. Но нужна воля с обеих сторон, нужно, чтобы эти контракты, в том числе в области нефти, были выгодными.

Не Правительство же готово реализовывать иранскую нефть, это соответствующие компании должны сделать, но надо, чтобы эти контракты были выгодными для них. Это непростое дело, но мы искренне заинтересованы, и будем это делать, будем работать по поиску путей расширения, увеличения нашего товарооборота.

И конечно, мы будем вместе работать с иранскими партнерами и друзьями над решением иранской ядерной программы. Я думаю, что мы очень близки к решению этой проблемы. Иранское руководство демонстрирует очень большую гибкость, на мой взгляд, очень большую гибкость.

Я вообще даже не очень понимаю, почему до сих пор не подписано окончательное решение по иранской ядерной программе, надеюсь, что это произойдет в ближайшее время. И если это так, то думаю, что мы увидим существенные изменения и в наших экономических связях.

Р.САФАРОВ: А Ваша поездка в Тегеран?

В.ПУТИН: Моя поездка в Тегеран вполне возможна. И мы согласуем это по дипломатическим каналам в удобное время и для наших партнеров, и для меня. Я был в Тегеране…

Понимаете, важна поездка не для поездки. Ведь я приеду в Тегеран, мы что там будем делать? Встречаться с Президентом, но я с ним только что встречался, и не один раз. Будем и дальше поддерживать контакты.

Если мы увидим, что нужен отдельный визит, у нас ограничений нет. Понимаете, у нас нет никаких ограничений, связанных с каким бы то ни было внешним давлением. Мы обещали, что построим атомную электростанцию, и мы это сделали.

Мы сейчас подписали новые контракты на продолжение нашей совместной работы, и мы это сделаем. Так что вопрос просто технический характер носит. Будем работать.

Вот там девушка сидит, «Мама» у нее на плакате написано.

Пожалуйста.

Поделиться

Читать также