Судебной системе Кабардино-Балкарии 93 года!

12.01.2016 - 11:16 Мнения Просмотров: 2,101
13 января 1923 года в 11 часов дня в городе Нальчике состоялось заседание Президиума Центрального Исполнительного Комитета Кабардино-Балкарской Автономной Области, на котором присутствовали Бетал Калмыков, Боровицкий, Мидов, Фаддеев, Энеев, Гемуев, Б. Павлович, А. Павлович, Гурбанов, Панк, Лосев, Перфильев и Катханов.

Речь шла о реорганизации Губернского суда и Революционного трибунала в Областной суд Кабардино-Балкарской Автономной Области. С докладом выступил Председатель Губернского суда в Кабардино-Балкарской Автономной Области Антон Осипович Павлович, которого назначили на эту должность накануне, 29 декабря 1922 года. Его заместителями тогда же стали Панов и Мусукаев. Надо отметить, что Губернский суд не мог продолжать существовать с появлением у кабардинцев и балкарцев собственной автономной области. Поэтому возникла необходимость создать в КБАО именно Областной суд взамен Губернского. Революционный трибунал перестал играть ту важную для большевиков роль, которую он играл в период революционных баталий, так как в 1923 году в России и самой Кабардино-Балкарии уже твердо установилась Советская власть. Вполне логично было решено его также реорганизовать в систему цивильного суда.

Первым Председателем Областного суда Кабардино-Балкарской Автономной Области был назначен Антон Павлович. (Из личной карточки НКВД: «Павлович Антон Осипович, 1884 года рождения, коммунист, член партии с 1917 года, окончил Люцинское уездное училище и бухгалтерские курсы в Петрограде; до революции занимался канцелярской службой, с октября 1917 года служил в революционной армии, член исполкома Кабардино-Балкарской Автономной Области.)

На этом заседании Антон Павлович первым выступил с докладом, где сказал о том, что после реорганизации выдвинут личный состав Областного суда, который надо рассмотреть и утвердить. По предложению Бетала Калмыкова предлагаемый Антоном Павловичем список было решено утвердить в составе зампреда Облсуда Блицау, членов Запольского, Мусукаева, Панова, Абукова, Бозиева. Здесь же Калмыков предложил Президиуму горсовета представить дополнительный список крестьян города Нальчика и внести в список заседателей членов ок-ружных исполкомов. Таким образом, в Областном суде КБАО появились представители от городской общественности Нальчика и большевистских органов исполнительной власти. С одной стороны, Бетал Калмыков поджал суды общественным надзором, а с другой - партийным. Таким образом, с самого начала появления цивильных судов в КБАО за ними был установлен партийный надзор и о независимости судебной системы в то время не могло быть и речи.

На этом же заседании ЦИК КБАО 13 января 1923 года Антон Павлович рассказал о работе специального Съезда работников судебных учреждений, который был созван для выяснения положения судов на территории Кабардино-Балкарской области. Съезд, докладывал Павлович, выявил печальное положение судебных учреждений, где работал неподготовленный и слабый личный состав. На работе сказывалась материальная необеспеченность работников суда. Председатель Областного суда Кабардино-Балкарии Павлович открыто сказал, что на содержание судов не отпускалось как государственных, так и местных средств. Не хватало соответствующих помещений. Съезд высказался за увеличение судебных участков. Известный партийный деятель и революционер Магомет Энеев поддержал Антона Павловича, предложив сформировать суды в горных балкарских районах. При этом Энеев высказал мнение о том, чтобы судьи по определенным дням выезжали в районы для осуществления судопроизводства.

Надо пояснить, что в то время существовало понятие сельских судов, которые были расположены в сельской местности. Однако сельские суды были упразднены по всей стране приказом отдела юстиции, и на то были причины. Однако Павлович считал, что роспуск сельских судов будет преждевременным, и предлагал сохранить их хотя бы частично. Бетал Калмыков одобрил предложение Павловича, но высказался двояко: «То, что сказал Павлович, к этому мы должны идти, но увлекаться этим нельзя. Вопрос о существовании сельских судов остро стоял на Съезде работников суда. Существование сельского суда давно укоренилось в сознании людей, и одним махом решать этот вопрос нельзя. Необходимо сельские суды пока сохранить и мотивировать это перед центром и в то же время вести подготовительную работу к их упразднению, одновременно налаживая работу народных судов».

Из этого было ясно, что Кабардино-Балкария не была готова к созданию цивильных судов взамен сельских, а упразднение сельских судов могло вызвать недовольство крестьян и существенно ослабить правообеспечения населения, подавляющее большинство которого были тогда сельские жители. Учитывая, что область не готова была к резкому переходу к народным судам, Павлович от себя и от имени Съезда судебных работников настаивал на остав-лении сельских судов, причем как самостоятельных судов (без подчинения окружному и областному судам). Его поддержали Мидов и Энеев. На этом же заседании выступил Назир Катханов, который поднял вопрос об организации шариатских судов, но Бетал Калмыков одернул его, сказав, что на заседании обсуждается вопрос о сельских и народных судах. Позже, 11 января 1926 года, на пленарном заседании Облсуда КБАО слушался вопрос о введении в автономных республиках и областях шариатских и адатских судов. На заседании выступил с речью прохладненский мировой судья, а позже зампред Облсуда Ян Вержбицкий: «Ввиду того, что шариатские и адатские суды как пережиток старого быта имеют значение для тех областей, где последние сохранились и функционируют в настоящее время, для Кабардино-Балкарской же области, где таковые уже изжиты и никакого значения иметь не могут, признать создание таковых излишним». Таким образом, в 1926 году была окончательно поставлена точка в вопросе о шариатских и адатских судах в Кабардино-Балкарии.

Возвращаясь к сельским судам, надо сказать, что Правительство РСФСР пошло навстречу пожеланию Кабардино-Балкарского ЦИК, Съезда судей области и за подписью Председателя ВЦИК Михаила Калинина и Председателя Совета Народных Комиссаров РСФСР Алексея Рыкова в 1924 году 21 августа вышло постановление, которое гласило: «Ввиду бытовых особенностей сельского населения Кабардино-Балкарской Автономной Области, Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет и Совет Народных Комиссаров РСФСР постановляют: Дела, подлежащие рассмотрению в порядке, установленном Гражданским процессуальным кодексом, могут в сельских местностях Кабардино-Балкарской Автономной Области, по согла-шению сторон, передаваться на разрешение третейских судов».

Таким образом, кроме сельских судов, в Кабардино-Балкарии несущественные дела крестьян рассматривались третейскими судами. Но вопрос о существовании сельских судов в области не устраивал многих чиновников, и борьба за их упразднение продолжалась. Краевой прокурор Северо-Кавказского края вынес протест по существованию сельских судов, на что ЦИК Кабардино-Балкарии послал ходатайство Президиуму ВЦИК РСФСР и копию прокурору Северо-Кавказского края, в котором говорилось: «Центральный Исполнительный Комитет Кабардино-Балкарской Автономной Области в целях правильной постановки судебного дела в области был озабочен учреждением сети народных судов; однако крайняя ограниченность бюджета давала возможность открыть таковые лишь в окружных центрах, отстоящих от окраинных селений на расстоянии до 120 верст. В то же время ЦИК имел в виду предоставить беднейшему населению

области возможность разрешать мелкие имущественные споры у себя же в селениях, не расходуясь на поездки в окружные центры по таким делам, по коим предмет судебного спора дешевле этих расходов, и не теряя времени на длительное прохождение дел в народных судах, перегруженных работой.

В таком же порядке близкого и быстрого разрешения предлагалось рассмотрение мелких уголовных дел. В соответствии с этой целью, Постановлением ЦИК от 20-24 февраля 1923 года, в каждом селении области были учреждены так называемые административные коллегии при сельских и окружных исполкомах, с подсудностью гражданских дел на сумму до 25 рублей золотом и с отнесением к их ведению мелких уголовных дел: о краже предметов продовольствия, самовольной запашке, порубке древесных насаждений на усадьбе, буйства, нанесения оскорбления действием и словами. Особенностью же этих коллегий было то, что привлеченная к ответу в этих учреждениях сторона имела право перенести разрешение дела в народный суд.

Далее ЦИК Кабардино-Балкарии приводит следующие факты: «1. К ведению третейских судов отнесены лишь гражданские дела, а следовательно, мелкие уголовные дела должны разре-шаться в народных судах с возможностью медленного движения их, с потерей сторонами и свидетелями рабочего времени и с неизбежными расходами по незначительному делу. 2. Сама регистрация третейских записей в народном суде и получение исполнительного листа также из народного суда ослабляет значение третейских судов как органа, близкого к населению и быстро разрешающего тяжбу, а потому может заставить обиженного бедняка совершенно отказаться от иска».

Из вышеизложенного видно, как ЦИК Кабардино-Балкарии заботился о правах населения области, тщательно прорабатывая право на судебную защиту малограмотных людей. Тем не менее надо сказать и о том, что административная борьба Калмыкова с центром тормозила развитие цивильных судов в Кабардино-Балкарии. Нельзя не учитывать и того, что правительство Калмыкова на тот момент не имело достаточных средств на развитие цивильных судов, поэтому Калмыков шел по пути наименьшего сопротивления, желая оставить сельские суды в том виде, как они были, тем более, что на их содержание денег не требовалось. Но политика федеративного правительства требовала отхода от сельских судов в каждом селе и развития нового, цивильного, государственного судебного института - народных судов.

В письме ЦИК КБАО содержится такая фраза: «Таким образом, является необходимым учреждение такого судебного органа, который был бы близок к населению, разрешал дела без промедления и не требовал расходов на свое содержание». Из этого понятно, что Бетал Калмыков искал путь к бесплатному, не требующему расходов суду, при этом не заботясь о правовой стороне вопроса, что подрывало бы основы самого судопроизводства, так как именно закон является главным фактором суда. Калмыков предлагал в письме учредить сельский народный суд в каждом селении области, где судьями были бы председатель сельского совета или его заместители, которые не имели юридического образования и в основе своей были обычными крестьянами и юридически неграмотными людьми.

Так непросто пробивал себе дорогу цивильный суд в Кабардино-Балкарии. Однако внимание ему уделялось огромное. Об этом свидетельствует штат сотрудников Областного суда КБАО. Для сравнения: в соответствии с приказом ЦИК КБАО № 128 от 17 октября 1923 года штат самого аппарата Областного ЦИК был 26 чел., а Областного суда - 38 чел.

Надо заметить, что в 1924 году в Областном суде произошло разделение уголовных и граждан-ских дел, следствием чего стало назначение двух заместителей Председателя Областного суда - по уголовным делам и гражданским. В 1925 году при населении в Кабардино-Балкарии 192 тыс. 600 чел. г. Нальчик и вся область обслуживались 5 народными судами, что, по мнению заместителя Председателя Областного суда Яна Вержбицкого, было очень малым количеством. Здесь надо учесть, что других народных судов в области не было и в Нальчик стекались все дела из 8 округов Кабардино-Балкарии. В среднем каждый народный суд обслуживал 38 500 человек.

При судах находились и следственные участки. На каждого следователя приходилось 48 000 населения, из чего Областной суд КБАО сделал заключение о том, что существующая сеть судебноследственных участков далеко не достаточна и требует немедленного расширения, не только ввиду ожидаемого роста числа гражданских дел, но главным образом, в целях разгрузки от накопленных дел. То есть, проблема загруженности судов существовала уже тогда, и руководство Областного суда делало попытки эту проблему разрешить. Для решения вопроса Ян Вержбицкий в своем плане развития судебной системы области предложил немедленно (с 1925-го по 1926 год) увеличить сеть судов на 4 новых суда: по одному открыть в Нагорном, Прималкинском, Казачьем округах, а также в Нальчике, выделив последний в самостоятельный городской участок.

Установленная норма числа граждан на судебный участок составляла 20 тыс. чел. Далее Вержбицкий докладывал о том, что Балкарский округ, с населением 30 тыс. чел. обслуживается всего лишь одним судебным и одним следственным участком, тогда как некоторые селения округа находятся на расстоянии 130-135 верст от окружного центра. Обширность округа, дальность расстояния селений от судебно-следственных участков и плохие пути сообщения крайне затрудняют обслуживание населения округа, из-за чего народный суд систематически загружается, почему с 1927-го по 1928 год следует признать необходимым открытие в Балкарском округе второй камеры народного суда и второго следственного участка.

В целях приближения суда к трудовым массам является также необходимым открытие с 1927-го по 1929 год второй камеры народного суда и второго следственного участка в Мало- Кабардинском округе, ввиду того, что в округ входит до 30 тыс. населения.

По Нальчикскому суду: г. Нальчик, в котором сосредоточены все областные и некоторые окружные государственные и кооперативные учреждения, а также почти вся торговля области, с ее ежедневными и еженедельными базарами, дает немало особого рода дел, требующих срочного разрешения. Нужно ожидать, что улучшение курортного дела в Нальчике значительно увеличит приток сюда курортников, а подъем экономического состояния даст толчок к дальнейшему развитию торговли. Все это, вместе взятое, говорит за то, что гражданские дела с каждым годом будут увеличиваться, из чего вытекает, что один 26 народный суд не будет в состоянии справиться со всеми поступающими делами, что и вызывает необходимость в открытии в Нальчике в 1928-1929 годах еще одной камеры народного суда.

Зампред Облсуда Ян Вержбицкий затронул остро стоящий вопрос о квалификации кадров в судах Кабардино-Балкарской области. Дословно он сказал: «В окружных судебных учреждениях не имеется ни одного работника со специальной подготовкой, поэтому важнейшей задачей данного пятилетия является снабжение всех судебно-следственных участков квалифицирован-ным персоналом, прошедшим специальную подготовку хотя бы на краевых юридических курсах». Таким образом, Областной суд запланировал пропустить через юридические курсы 23 судьи и следователя и 17 технических работников. В то же время по предложению Областного

суда были организованы и местные областные трехмесячные курсы, которые были проведены в три этапа с 1926-го по 1927 год.

Читая эти материалы, следует учитывать, что Кабардино-Балкарская Область на тот период преимущественно состояла из сельского населения. Поэтому судебная система в основном базировалась в сельских округах области. Главной своей задачей Областной суд считал осуществление лозунга «Лицом к деревне».

Выше уже описывалась структура сельских судов. Заместитель Председателя Областного суда Ян Вержбицкий в этом же докладе отмечал: «Осуществление лозунга «Лицом к деревне» в ближайшее пятилетие в полном его объеме Облсуд считает возможным лишь путем национализации судебно-следственного аппарата на все 100 % и путем судоговорения на ме-стных языках. Национализацией судебно-следственных органов достигается двоякая цель: независимость этих органов от безответственного и бесконтрольного переводчика и непосред-ственная живая связь с трудовыми массами. Отчасти это уже достигнуто тем, что главные и руководящие должности в Облсуде заполнены националами, кроме того, все народные судьи и некоторые следователи также националы, судоговорение происходит на местных языках. Благодаря этому дух, работа и политика судебных учреждений строятся на основах восприим-чивости и отзывчивости к запросам национальных трудовых масс. Полная же национализация аппарата может быть достигнута путем подготовки националов на специальных юридических курсах». То есть с образованием национальной области кабардинцев и балкарцев возник естественный вопрос и о подготовке национальных юридических кадров из числа кабардинцев и балкарцев, что позже и было осуществлено силами исполкома области и Облсуда Кабардино-Балкарии.

На тот период милиция занималась охраной общественного порядка, а все следственные мероприятия осуществлялись следователями, которые были структурными единицами суда. В связи с этим суд являлся фактически карательным органом, который сам расследовал преступления и судил виновного. Поэтому Облсуд вместе с исполнительным комитетом области осуществлял мероприятия по уменьшению преступности. В 1925 году Облсуд отмечал, что одним из главных факторов мероприятий по уменьшению преступности следует признать поднятие общего культурного уровня населения области и его материального благосостояния, подготовку и повышение квалификации органов дознания и обеспечение их материально с целью привлечения к занятию должностей старших милиционеров и агентов уголовного розыска более развитых и грамотных людей. Одним из факторов уменьшения преступности заместитель Председателя Облсуда Вержбицкий также называл максимальное приближение суда к моменту совершения преступления.

В то же время последствиями таких предложений стали скорые и неправедные суды над «врагами народа», о которых много писалось в российской прессе последние годы.

Тот же Вержбицкий среди своих предложений по уменьшению преступности выдвинул интересную версию по учету и анализу преступлений: «Считаю необходимым установление в окружных центрах постоянного учета преступности, изучение таковой и выявление путем сопоставления с предшествующими периодами - места, степени и условия развития того или иного рода преступления и в зависимости от полученных таким путем данных принимать те или иные меры борьбы». Можно определенно сказать, что Ян Вержбицкий в 1925 году положил начало учету и систематизации преступлений в советский период в Кабардино-Балкарии. Мало того, он же предложил конкретный метод оценки преступности, увязывая преступления с конкретной местностью, менталитетом людей.

Статистика преступности на 1925 год была следующей. По первому кварталу года было осуждено 100 чел. За контрреволюционную деятельность ни одного, за преступления против порядка управления-33,6 %, за должностные преступления-2,6 %, за нарушение декрета об отделении церкви от государства -0,9 %, за хозяйственные преступления - 7,1 %, за преступления против жизни и здоровья - 25,7 %, за имущественные преступления -27,4 %, за военные преступления - 1,7 %, за нарушения правил охраны общественной безопасности - 0,9 %. По социальному положению среди осужденных крестьяне составляли 84,1 %, рабочие -4,4 %, служащие- 7,1 %, прочие -4,4 %.

С тех пор много воды утекло, и судебная система тоже менялась с изменениями в обществе. В 1998 году двадцатым по счёту председателям Верховного суда Кабардино-Балкарии был назначен Юрий Маиров. На его период работы пришлось много разных перипетий. Это и постоянно менявшееся законодательство в стране, это и неустроенность судов, обветшалое хозяйство, бытовые проблемы работников судебной системы, низкая заработная плата. Многие вопросы Юрию Халидовичу удалось решить, а что-то ещё в процессе.

За период с 1998 года по 2016 год Верховный суд КБР перебрался в новое красивое здание, где каждый судья обрёл новый кабинет, было образованно управление Судебного департамента в КБР, учреждён институт мировых судей КБР, организованна Служба обеспечения мировых судей КБР. Все здания городских и районных судов прошли полную санацию, а некоторые райсуды обзавелись новыми помещениями. Оплата труда работника суда стала значительно выше, а работа в судебной системе стала престижной.

Судебная система сегодня, как и 93 года назад живёт и индуцирует в общество законность и справедливость. Количество обращений граждан в суды по различным вопросам растёт, что безусловно свидетельствует не только о возрастающей правовой культуре граждан, но и доверию к судам. Несмотря на всю критику в российских СМИ судейское сообщество развивается, совершенствуется и становится профессиональней.

Директор РИА КБР Заурбек Шахмурзаев

Поделиться

Читать также